Возвращение Ленина в Россию в 1917 году. Почти детективная история

Скорее – на разносчиков псевдодемократических бацилл. Вырожденцы, мнящие себя свободными пионерами, они были и остались рабами капитализма, его самых низменных страстей. С апломбом поучающие весь мир, считающие, что несут повсюду свет цивилизации, они и на нашу землю доставили символ своего технократического варварства и циничного бескультурья. Я имею в виду передвижной электрический стул. Америкакеры применяли его для пыток и казней русских патриотов, не пожелавших встать на колени, не испугавшихся ни белогвардейцев, ни интервентов.

Янки совместно с британцами создали концлагеря на нашем Севере, через которые прошло более 50 тысяч узников. В лагере смерти на острове Мудьюг в Белом море заключённых замораживали, обливая водой на морозе. Этот изуверский способ впоследствии понравился способным ученикам янки – гитлеровцам, и тоже применялся ими. Военно-полевыми судами англосаксонских «цивилизаторов» только за один год было приговорено к расстрелу более 4 000 советских граждан. Ещё тысячи были казнены бессудно.

Что ещё они учиняли, видно из воспоминаний мистера Альбертсона, служившего в американской разведке на Севере:

«Мы применяли против большевиков химические снаряды. Уходя из деревень, мы устанавливали там все подрывные ловушки, какие только могли придумать… Я слышал, как один офицер приказывал солдатам не брать пленных, убивать их даже безоружных». (Сто лет минуло, а как старательно исполняют эти наставления и сами янки, и взращённые ими террористы и боевики под малосимпатичными флагами.

В Приморье непрошенные заокеанские «гости» сожгли дотла двадцать пять сёл. Экспедиционным корпусом янки, высадившимся на нашем Дальнем Востоке, командовал генерал У. Грэвс. По возвращении в Штаты, он написал мемуары, где признал, что его подчинённые «рыскали как звери, грабя и убивая мирных жителей». В деревне Казанка эта пьяная солдатня развлекалась тем, что устроила пальбу по окнам домов, убив и ранив невиновных сельчан. Это было богатое село, где проживало немало кулаков, недружелюбно настроенных по отношению к советской власти.

Ещё один мемуарист – полковник Морроу, командовавший североамериканскими подразделениями в Забайкалье – сообщил, что его солдаты «не могли уснуть, не убив кого-нибудь в этот день». На станции Андрияновка они за один день расстреляли из пулемётов 1.600 пленных красноармейцев.