Живой Пушкин. Повседневная жизнь великого поэта

«Идеал обеда» – обыденность, возведённая в философскую категорию! Однако и обеденный культ претерпевал изменения. Так, сельские жители и обыватели уездных городков обедали обычно раньше, чем столичные. Мода на поздние обеды пришла в Россию из Европы и объяснялась она прозаически – аристократам не должно рано просыпаться! Да и пушкинский Онегин спешит обедать к Талону, когда на Петербург уже спустилась ночная тьма. «К чему брегет?» – словно вступал в спор со столичными денди Александр Сергеевич:

Люблю я час

Определять обедом, чаем

И ужином.

Знал ли Пушкин, что во времена его детства время обеда определял для своих подданных сам император?! Княгиня Екатерина Дашкова поведала, а её гостья, ирландка Марта Вильмот, записала: «Он (Павел I) издал указ, предписывающий всем обедать в час дня, потому что он обедает в это время. Все оказывали повиновение, и это вызывало его неудовольствие, он старался отыскать какую-нибудь жертву, и погоня за ней доставляла ему радость охоты! При появлении царя улицы пустели, от него бежали, как от тигра».

Странно, – то царское предписание строго соблюдалось в Лицее, когда уже о причудах Павла редко вспоминали. Обедали воспитанники ровно в час дня! Обед состоял из трёх блюд, в праздники полагалось четыре. «Кушанье было хорошо, – замечал Иван Пущин, – но это не мешало нам иногда бросать пирожки Золотарёву в бакенбарды». За обедом лицеистам «давали по полустакану портера», однако, затем портер, традиционное английское пиво, благоразумно заменили русским квасом.

При Николае I, августейшем сыне тирана-императора, времена разительно изменились. Знаменитая кавалерист-девица Надежда Дурова не забыла, как летом 1836 года Пушкин пригласил её отобедать у него на даче и какой меж ними состоялся диалог:

«– Из уважения к вашим провинциальным обычаям, – сказал он, усмехаясь, – мы будем обедать в пять часов.

– В пять часов? В котором же часу обедаете вы, когда нет надобности уважать провинциальных привычек?

– В седьмом, осьмом, иногда в десятом.

– Ужасное искажение времени. Никогда б я не мог примениться к нему.

– Так кажется. Постепенно можно привыкнуть ко всему».

Видимо, привыкать к «искажению времени» пришлось и самому поэту, ведь в юные годы его ждали ранние обеды, оставившие чудные поэтические воспоминания:

Но вот уж полдень. В светлой зале

Весельем круглый стол накрыт;

Хлеб-соль на чистом покрывале,

Дымятся щи, вино в бокале,

И щука в скатерти лежит.