Намек. Архивный шифр

Я люблю ходить по Москве. Но не всю же жизнь прожить разносчиком!

– Какой работы ты ищешь?

Николай пожал плечами. Что ж, теперь ему всю свою московскую жизнь, что ли, рассказать, господину этому? Как для начала нашёл работу, как светило более подходящее место, как потом болел долго и тяжело, лишь недавно оправился и достаточно окреп. До отъезда в деревню остаётся всего месяц, и хотелось бы успеть подзаработать, чтоб явиться домой не с пустыми руками.

– Ну ладно. Так к тем, что у входа, стоит ли обращаться? Надёжные они работники?

Беседа начала тяготить, поскольку было совершенно не понятно, решится ли молодой господин перейти к сути дела.

Николай кожей чувствовал, как окружающие торговцы прислушиваются к праздному разговору.

– Я не знаю, сударь. Наверное, не хуже других, если ни один наниматель ещё не пожаловался на них в полицию.

Добавить, что берут больно дорого? Знать бы, чего этому господину надо!

– Отчего же ты не соврал мне? – поинтересовался собеседник доброжелательно.

 – Не уверил, что там, у входа, нанимаются одни мошенники?

Так и подмывало ответить: «Оттого, что ты, господин хороший, ни слова про дело не сказал, а всё языком мелешь».

– Просто. Не люблю врать.

– Не любишь, но, стало быть, можешь? – Господин глянул хитро.

– Могу, – сухо информировал Николай.

– А руки у тебя крепкие?

Николай встрепенулся. Вот так поворот! Выходит, ему нужен честный человек с сильными руками – вот что!

Господин только что обратил внимание на руки Николая и глядел на них с некоторым сомнением.

Узкие, как у конторщика, ладони не могли не смутить его. Парень перевернул ладонь – показать мозолистую, загрубелую кожу. Поспешил ответить:

– Могу и дров нарубить, могу и тяжёлое таскать.

Весна стояла такая яркая, звонкая. Не хотелось брать в расчёт, что в последнее время таскание тяжестей заканчивалось для него отдышкой и обмороками. Пройдёт! Лето прожарит солнцем и окончательно прогонит из крепкого, молодого тела зимнюю цепкую хворь.

– Тяжесть – это я, – неожиданно сообщил господин и ещё неожиданнее улыбнулся – робко и озорно в одно и то же время.

 – Меня надо крепко держать на верёвке, пока я спущусь в подвал. А потом вытащить. Сможешь?

– Смогу!

Обрадованный, Николай широко улыбнулся. На короткие усилия ему дыхания точно хватит.

– Я могу слазить в подвал, – предложил он. – Зачем вам самому?

– Нет, мне нужно непременно самому. Но смотри, заплачу, только когда вытащишь меня обратно.