Точка разлома

Точка разлома

Андрей Львович Ливадный

Зона Смерти #4

Плечом к плечу они пробивались к цели сквозь все опасности отчужденных пространств. Их встречали огнем фанатики Пламенного Креста и егеря Ковчега, неистово атаковали механоиды, подстерегали многочисленные ловушки. А впереди их ожидал мифический Светлый Тоннель, избавляющий инфицированного от скоргов, и загадочный скоргиум, способный изменить соотношение сил в бесконечном противостоянии с чудовищными порождениями технохауса. По мрачной иронии Судьбы, именно им предстояло спасти от мгновенной гибели всех сталкеров Пятизонья.

Андрей Ливадный

Точка разлома

Пролог

За внешней границей Барьера.

Карантинная зона Соснового Бора…

Дорога уводила во тьму.

Свет фар выхватывал из мрака стелющиеся под колеса трещины в давно не ремонтированном дорожном покрытии, выцветшую разметку, на обочинах – пожухлый кустарник да вырванные с корнем, почерневшие под дождями поваленные деревья.

В салоне царила напряженная тишина, нарушаемая лишь сонным шелестом вентилятора системы отопления и нервным периодичным писком устройства спутниковой навигации.

Маркер на дисплее бортового компьютера медленно, но неуклонно приближался к границе заштрихованной красным цветом окружности, в центре которой таилось тревожащее воображение название «Сосновый Бор».

– Всё, приехали, – неожиданно произнес водитель, сверившись с известными только ему ориентирами.

Машина мягко свернула к обочине, под колесами скрипнул гравий.

– Но мы же договаривались до блокпоста! – начал протестовать один из пассажиров.

– До блокпоста и довез, теперь пешком идите. – Пожилой таксист включил дальний свет фар, выхватив из тьмы побитую ржавчиной табличку, болтающуюся на обрывке колючей проволоки:

Стой! Запретная зона! Огонь открывается без предупреждения!

– Далеко до Соснового Бора? – недовольно осведомился молодой парень лет девятнадцати, сидевший рядом с водителем.

– А сам прикинь. – Фары погасли, тьма как будто ринулась со всех сторон, облепила старенький автомобиль. Ни луны, ни звезд, лишь впереди в ночной мгле вдруг проявилось неяркое, мертвенно-бледное, играющее сполохами зарево.

– Это Барьер? – сдавленно спросил один из парней.

– Он самый. Мой вам совет – поворачивали бы обратно, – ворчливо произнес таксист. – Там военные патрули, вертушки, боевые машины, да и народец, прямо скажу, лихой.