Тень Земли

Разлом протянулся неровной линией, уходя к западу на двенадцать километров.

Сервы разошлись в стороны, затем, по указанию Максима, вскарабкались по отвесным стенам, расположились в разных точках, на десять метров ниже границы пепельного тумана.

Теперь почти все пространство пронизывали их сканирующие излучения.

Впечатление от поступающих данных складывалось противоречивое. На первый взгляд – тихо и пусто вокруг. Лишь журчит вода да изредка над вздыбленным рельефом вспыхивают полосы неровного сияния.

– Повышенный радиационный фон, – прокомментировал Максим.

– А это что? Тоннель? – Коллинз обратил внимание на группу приземистых построек, за которыми виднелась открытая платформа, с несколькими, чудом сохранившимися колоннами, когда-то поддерживавшими рухнувший теперь свод.

– Наверное, станция магнитопровода. – Стужин сверился с картой. – Да, точно!

– Значит, убежище ближе? – предположил Коллинз.

– Или глубже. – Макс упорно искал признаки бункерной зоны, но цокольный этаж сам по себе – бункер.

– Ну, так пошли к станции, чего стоим? – предложил Дэн, с интересом рассматривая противоположную оконечность разлома. У устья ветки магнитопровода – огромного тоннеля, уводящего в глубины сохранившейся части цоколя, виднелись скопления покореженного, изъеденного коррозией металла. Никаких следов недавней человеческой деятельности.

Река проточила себе глубокое русло.

Километрах в полутора начинался разлив. Сотни ручейков, сочащихся из стен, питали мелководное озеро, образовавшееся на месте огромной воронки. В сумраке сканеры машин вычерчивали контуры множества небольших островков.

«В принципе ничего необычного, – подумал Илья. – Вполне заурядные места».

– Разделимся, – предложил Верхолин. – Гурьбой топать нет смысла. Нам бы охватить побольше территории.

– Ладно, – согласился Стужин. – Ты бери левый берег, я правый. Дэн, – он обернулся, – пойдешь к станции. Там осмотрись внимательно. Большинство бункеров имеют выходы в подземку.

Коллинз молча кивнул. Ему было не по себе. Нехорошие предчувствия заставляли нервничать.

* * *

Первым неладное почувствовал Илья.

Он шел вдоль левого берега реки, посматривая по сторонам, изредка подключаясь к сети сервов, скорее в силу привычки, чем по необходимости.