Смежный сектор

Курт, осматривавший поляну, спросил, указывая на заполненную водой воронку:

– Здесь то же был бой, командир?

Ван Хеллен присел на корточки. Темная стоячая вода поймала его отражение.

– Два года назад тут погиб Дик Риган. Слышали о нем?

Зигель отрицательно покачал головой, невольно оглядываясь вокруг.

Доминик поморщился.

– Вот она – цена человеческой памяти. – Словно разговаривая сам с собой, произнес он. – Риган был одним из лучших разведчиков-одиночек. Он ходил в смежный сектор каждый месяц, чтобы составить планы передвижения для формирующихся штурмовых групп.

– Его подстерегли ксенобиане? – Спросил Постышев, нервно постукивая пальцами по короткому пластиковому прикладу ИПК.

– Нет. Он не заметил растяжку, установленную на тропе.

– А кто прожег тропу?

– Одна из штурмовых групп. Это старый проверенный путь, но чужие знают его так же хорошо, как и наши разведчики. Периодически они минируют известные тропы, особенно накануне наступления нового года.

– Откуда у них взрывчатка? – Недоверчиво хмыкнул Лозин.

– А откуда у нас лазеры и бионические автоматы? – Вопросом на вопрос ответил Доминик, выразительно похлопав по продолговатому чехлу, укрепленному на поясе его скафандра. – Трофеи. – Пояснил после небольшой паузы. Тут в смежном секторе полно складов. Да и места давних боев попадаются часто.

Смежный сектор. Это словосочетание каталось в мыслях, словно острый камушек.

– Доминик, а ты знаешь, как возник смежный сектор?

Ван Хеллен пожал плечами.

– Этого, пожалуй, не скажет тебе никто. Он просто существует, как весь остальной Мир. Его схемы есть в компьютерных базах данных. Только им уже нельзя доверять, как и мифам о Земле.

Слова командира звучали в разрез с давними утверждениями Астафьева.

Курт заметил это еще во время первого знакомства с Ван Хелленом, когда тот говорил о ненависти к ксенобианам.

Такая терпимость к чужим выглядела не просто подозрительно, она вызывала внутренний протест, и Зигель не удержался:

– Нам говорили совсем другое!

– Знаю. – Сделав вид, что не заметил повышенного тона, ответил Ван Хеллен.