Пепельный свет

Ни одно из придуманных до этого сравнений не смогло бы передать чудовищной картины, открывшейся на обзорных экранах: он увидел призрачно-голубую сферу инопланетного корабля и разлетающиеся в пространстве обломки одного из патрульных катеров… Антон вдруг почувствовал, как его захлестнула волна безотчетного страха, пальцы стали чужими и непослушными, а в груди появилось чувство болезненной невесомости… «Как же так?» – растерянно думал он, пытаясь понять, что стряслось, но сканеры как будто ослепли! Изображение на обзорных экранах подернулось рябью помех, кибернетические компоненты патрульной машины отказывали! Лишь через несколько секунд, когда искаженное изображение Н-объекта пронеслось мимо, он понял, что его патрульный катер остался единственной уцелевшей машиной! Антон машинально перезапустил систему связи, но эфир нес лишь оглушительный треск помех.

Один…

И вдруг он отчетливо представил, что впереди лежит Земля. Для инопланетного корабля наверняка расчистили коридор сближения, все произойдет слишком быстро, никто не успеет толком разобраться в ситуации… Рука Антона медленно потянулась к ручному управлению.

Он не думал в этот момент ни о чем, лишь в глубине сознания, там, где все еще стыл безотчетный страх, зашевелился крохотный червячок сомнения:

«Я не готов… Я не смогу… Не справлюсь!»

Но рука уже коснулась клавиатуры. Все еще находясь в состоянии шока, Антон запустил реакторы и взял управление на себя…

Он справился, но это уже успело стать далеким прошлым, словно с того момента им была прожита еще одна бесконечная жизнь…

* * *

Объятый пламенем взрывов Н-объект устремился к Земле.

Антон еще колебался, ожидая действий баз слежения, но, увидев первые три вспышки, в которых сгорели три транспортных корабля, понял, что всеобщая растерянность продолжается, а базы слежения просто не в состоянии остановить сферу звездолета – они не приспособлены для отражения атак космических кораблей, и их противометеоритные щиты вряд ли сумеют выстроить эффективную защиту.

Он по-прежнему оставался один, но теперь Антону было во сто крат легче, потому что он уже пережил худший крах всех питавших человечество догм и иллюзий, – перед ним был враг, жестокий и неоспоримый.

Двигатели с ходу вошли в форсаж, времени для плавного разгона не осталось. Патрульный катер рванулся с места, мгновенная стартовая перегрузка распластала Антона по креслу; пальцы едва не выпустили астронавигационные рули, а перед глазами все потемнело, но он справился.