Robbie Williams: Откровение

Когда он проснулся, то на самом деле полез в ежедневник – проверить, что ничего такого у них сегодня не запланировано.

Далее следует длительное обсуждение страшных снов.

«Ага, – говорит Роб. – Мне то и дело снится, что Айда меня бросила. Она такая холодная, ноль эмоций…»

«То есть у тебя повторяющиеся сны, так, что ли?» – спрашивает Майкл.

«Ну, я их не считаю повторяющимися, – отвечает Роб. – Это просто я и медикаменты».

Пару дней он проболел – простудился, жаловался на плохое самочувствие.

«Наверное, получше, – осторожно предполагает Роб. – Но, понимаешь, когда ты не хочешь, чтоб люди от тебя слишком много ожидали, ты говоришь “похуже”».

* * *

Дом Шэрон Осборн – один из тех, на которые вешают табличку «Осторожно, злой хозяин. На собаку не обращайте внимания». Когда Роба гримируют в одной из комнат наверху, Шэрон заходит поздороваться.

«Я простужен, – предупреждает он. – Целоваться не будем, просто пожмем руки»».

Поприветствовав друг друга, заводят разговор о недвижимости и дизайне помещений. (Шэрон и Оззи только что переехали в этот дом, впрочем Оззи все равно постоянно на гастролях.)

«Я в этом плане решений никаких не принимаю, – говорит Роб. – У меня жена есть, я десять лет назад отдал ей свои яйца, она их держит в баночке у кровати».

Он сообщает Шэрон, которая здесь, в Америке, ведет женское ТВ-шоу, что Айда недавно побывала одной из ведущих программы Loose Women.

«Ей понравилось?» – спрашивает Шэрон.

«Да, очень, – говорит Роб. – Понравилось. Мне тоже понравилось, как она там. В смысле – она говорит много, но мне нормально. Ничего такого не сказала, о чем мы не говорили бы при людях».

Они болтают о друзьях и врагах, Роб рассказывает, что недавно где-то пересекся с Пирсом Морганом, с которым у него давно напряженные отношения. «Я думал, что ты должен орать, беситься и говорить всякие гнусности, – говорит он. – Я думал, что ты должен донести до властей свою правду… но я теперь отец.

«Милым быть – за это не надо ничем платить», – говорит один из продюсеров «X Factor», который тоже находится в этой комнате.

«Ничем, кроме чувства собственного достоинства, – парирует Роб. – Я, правда, своего лишился еще в 1991. Так что все нормально».