За то, что дорого

Винчестером и выпускаемая фирмой «Винчестер Армази Ко».] и провел по нему рукой. В этого малыша вмещалось 17 патронов – шестнадцать в магазине и один в патроннике. Славная штучка. Кажется, с самого рождения любил хорошие ружья.

Положив винчестер рядом с револьверами, я опустил седло в изголовье постели, туда, где вообще-то, по моим соображениям, должна находиться подушка. Но, путешествуя, приходится лишать себя некоторых удобств цивилизации. Оставалось только стянуть сапоги и, завернувшись в одеяла, долго лежать и просто смотреть в темное небо, считая мерцавшие в вышине звезды.

Где-то в кустах трещали цикады, было слышно журчание ручья и малейший шорох листьев на деревьях. Ночь была наполнена таинственными и необъяснимыми звуками. Лежа на спине, я чувствовал каждый сучок, который находился под одеялами.

– Дикая прерия Территории Юта желает мистеру Фоксу Дарранту приятных сновидений. Спокойной ночи, сэр.

Я хмыкнул и поворочался немного, устраиваясь поудобней. Ничего, не привыкать, к тому же на жесткой постели сон более чуткий.

Спится хуже, зато безопасней. Я подбросил в огонь еще хворостинок и, убаюканный хором цикад, заснул.

…Меня разбудило осторожное, негромкое ржание и тихое похрапывание. Я открыл глаза и минуту лежал неподвижно, разведывая обстановку ушами. Я прислушивался к робким песням птиц, встречавших зарождавшийся день, и хрустальному плеску воды в ручье. Сквозь ветви деревьев пробивались косые лучи восходящего солнца. Где-то треснул сучок, и снова послышалось похрапывание.

Лошади…

Лошади?! Мысль о том, что с лошадьми могут быть и люди, пулей пронеслась в моем мозгу, и я моментально проснулся. Это могут быть и бандюги с большой дороги, которые спокойно перережут вам глотку и не спросят даже, как вас зовут, и конокрады, пригнавшие сюда угнанный табун на водопой… Да и какая разница! И те, и другие посмотрели бы на человека без лошади, как на потенциального покойника и сумасшедшего. Здесь безлошадных так и называют. В этом месте человек без лошади – псих.

Впрочем, кажется, я уже рассказывал об этом…

Я, стараясь не производить шума, нахлобучил шляпу на голову – настоящий ковбой делает это перво-наперво, проснувшись по утру, – натянул сапоги, выдернул револьвер из кобуры и медленно поднялся. Взвел курок и постепенно, шаг за шагом, стал пробираться сквозь кусты к ручью. Оставалось надеяться, что мои шпоры будут звякать не слишком громко.

Еще не сделав и пяти шагов, я уловил слабый запах лошадей.