Прототип

Миллиган, Шевцов, Давыдов и Серпухов родились в мегаполисе, на сломе эпох. Вековые уклады размеренной сельской жизни им чужды. И вера в Прототипов – тоже.

Шустов вырос вдали от города. Рядом с их домом располагалось точно такое же древнее сооружение.

Родители не заставляли его слепо верить, но неуклонно воспитывали уважение к таинственным силам. Не страх или подобострастие, а именно уважение. Отец говорил: «Ты, Максимка, может быть, за всю жизнь ни разу и не обратишься за помощью к существам, по образу и подобию которых созданы все люди, но никогда не насмехайся над верой, уважай традиции.

В среде каждого поколения есть Просвещенные – люди, получившие частицу знания Прототипов. Это невозможно отрицать. Без них мы бы прозябали во тьме деградации и невежества. Они приносят обновление в мир, совершают открытия, позволяющие жить лучше…»

Максим рос любопытным, бесстрашным. Мальчишкой он тайком от взрослых, на свой страх и риск, исследовал Святилище. Несколько сырых, стылых, полуразрушенных подземелий его совершенно не впечатлили.

Больше похоже на заброшенные подвалы, соединенные короткими коридорами. Он был откровенно разочарован и надолго утратил интерес к древней постройке, пока не случилась беда.

Мать внезапно и тяжело заболела. Никто не мог ей помочь. Даже врач, которого отец привез из города, лишь беспомощно развел руками, осмотрев больную, и спешно уехал.

Он отчетливо запомнил тот вечер. Стояла ранняя осень. Деревья рдели багрянцем, роняли листву, ветер подхватывал ее, шаловливо кружил, уносил в лес, таинственно шелестел по проселку.

В небе еще не высыпали звезды, Максим сидел на крыльце, строгая дощечку, когда скрипнула дверь. Отец присел рядом на деревянные ступеньки, долго молчал.

– Пап, ты чего? – первым не выдержал Максим. – Доктор поможет? Почему он так быстро уехал?

– Беда, сынок.

– Он не вылечит маму?

– Нет. В городе тоже многие болеют. Он сказал: это связано со Святилищами. Их решено уничтожить.

– Но… ты же сам учил – так нельзя!

– Боюсь, я только беду сегодня накликал, – сокрушенно ответил отец.

 – Он донесет на нас. В городе творится настоящее безумие. Люди без причины бросаются друг на друга, убивают.

– Но ведь с мамой все не так! – на глаза Максима вдруг навернулись слезы.

– Знаю. Но горожане настолько перепуганы, что уже не могут отличить обычную инфекцию от их треклятого мнемовируса.

Максим совершенно не понял, о чем идет речь, но чувство тревоги ему передалось.