Чеченский детектив. Ментовская правда о кавказской войне. Гражданский долг

Отдел МОБ, заселившись на второй этаж комендатуры, добротной и снарядоустойчивой, как уже было сказано выше, тоже не избежал горькой участи рабочих лошадок. Обе двухэтажки – комендатура и прокуратура – фасадной частью выходили на площадь, с неизменными палатками, коробейниками и шашлычными. Подходы к территории с боков защищали неиспользуемые складские корпуса в кирпичном исполнении полметровой толщины стен. Замыкало периметр оборонительных рубежей, притулившееся с задней части воинское подразделение МЧС. Посреди этой цитадели и располагался муравейник обжитых корпусов.

Солнце свалилось за края видимости, оставляя одноцветное лекало заката. Оперативники сидели в курилке и, ожидая вечерней поверки, лениво перекидывались фразами.

– Скоро отупеем с нашим руководством… Строем будем ходить и «Катюшу» петь перед сном, – выпустив сигаретный дым из ноздрей, сказал Рябинин.

– На следующей неделе Жоганюк пообещал встречу с сотрудниками УР Фрунзенского РОВД, – донёс до собеседников перспективу опер по линии НОН[11 - НОН – незаконный оборот наркотиков.

– С поцелуями взасос и хлопаньем по булкам, – продолжил Бескудников и, вдруг взорвался, – как он задолбал меня!.. Сегодня залетает в кубарь, я лежу, сплю, никого не трогаю… Он, как заорёт: почему не на ПХД[12 - ПХД – парково-хозяйственный день.]!..

Все заинтересованно слушали Беса, по той причине, что тоже профилонили хозработы, прозагорав на крыше нежилого корпуса.

… Я лежу, он меня за плечо трясёт… я глаза рукой прикрываю и ой-й, бл…!.. – растягиваясь в ухмылку говорил Бес, – он, короче, отскочил… Я ему: кто здесь? Он мне, чего не видишь что ли? Я ему и говорю: а-а, это вы, товарищ полковник! Вот, мол, листы для укрепления ворот сваривал и «зайчика» поймал. Доктор отправил в темноте полежать… Говорит ослепнуть могу…

Бес выдержал почти мхатовскую паузу.

– А он? – ожидая очередной каверзы, чуть не хором, овопросили Беса опера.

– Что он? Пожелал здоровья и пошёл вон…

– Слышь, Сань, а откуда у нас сварочный аппарат взялся? – спросил Рябинин.

– Так вот, Жоганюк и вернулся это спросить…

– Ну?

– А я уже к Долгову и Катаеву в спортзал свалил. Пересидел там.

– Так один хрен спалился…

– Если бы спалился, то он бы уже с приказом о наказании бегал… Я же с ним базарил и рожу закрывал, он и не запомнил мой благородный профиль.

Опера дружно рассмеялись.