Крестовская. Роман

– Но ведь это была моя детская мечта! У меня мама была актрисой, и ее мама была актрисой!

– И что, они не рассказывали вам, какова суть этой стези?

Мария покачала головой.

– Они умерли. У меня одна только бабушка по отцовской линии.

– А сам отец? – Конечно, Куперник знал, что ее отец, известный писатель, вполне себе жив.

– Он не участвует в моей жизни, ему больше по нраву путешествия. Во время турецкой кампании он был корреспондентом на Балканах, а когда она закончилась, тут же стал искать возможности, чтобы побывать на Дальнем Востоке.

Куперник сочувственно помолчал, потом сказал:

– Что ж, вы, пожалуй, правы, в водевиле не найти жизни и правды, это представление для увеселения публики, и не больше. Но если лишь в этом дело, то я посодействую, чтобы вас попробовали в серьезной роли.

Лицо Марии прояснилось.

– Да?! Вот было бы великолепно! Уж тогда бы я показала жизнь и правду! Или, как выражается мой отец, «правду жизни». А кстати, – перевела она разговор, – а где же ваша прелестная дочка Таня? Давненько я ее не видала.

– Уже в Петербурге. Жена забрала.

– Ваша жена, значит, в Петербурге живет?

– Да.

Видно было, что Купернику неприятна эта тема, и Мария предпочла закончить беседу. «Все-таки неспроста говорят, что он изменил жене с какой-то актрисой», – предположила она.

Глава пятая. Негодяйка великая

Как и обещал, Куперник «продвинул» Крестовскую на роль в серьезном спектакле. Это был «Ваал» Алексея Писемского.

Режиссер поначалу скептически воспринял кандидатуру Марии:

– Помилуйте, Лев Абрамович! Рановато ей еще в драмах-то играть! Еще хватка не выработалась у нее, не сможет она уловить и передать характер! Вот легкий жанр, где улыбаться да ногами дрыгать, – так он отзывался о водевильных танцах, – это ее!

Но не было бы счастья, да несчастье помогло.

Артистку Степановскую, игравшую в «Ваале» одну из ролей, поколотил актер, у которого был с ней роман: ни с того ни с сего он приревновал ее к рабочему сцены, всегда пьяному старику. (Кстати, ревнивцем этим был тот, кто ругал Марию «деревяшкой». ) Вследствие побоев Степановская на какое-то время слегла – хотя больше вследствие стыда, а не побоев, – и ей потребовалась замена. И режиссер соблаговолил попробовать Крестовскую.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=65902995) на ЛитРес.