Заговор жрецов

Последние слова Алексеев произнес с некоторой иронией, что осталось не незамеченным контр-адмиралом Абазовым.

– А вы их не любите? – подметил он.

– Сельское дворянство? – переспросил Алексеев. – А за что их любить? Испокон веков они доводили крестьян до бунтов. Вы полагаете, реформа 1861 года дала крестьянам свободу? Нет, Александр Михайлович. Наше уважаемое сельское дворянство сделало все, чтобы крестьянин не получил плодородную землю. Им отдали в основном пустыри, а пахотную милостиво разрешили взять в аренду на условиях опять-таки кого? Сельского дворянства!.

. Отчего же крестьянам не бунтовать? Если в прошлом году сгорела тысяча помещичьих усадеб, в этом году сгорит две. Вспомните мои слова, – сказал Алексеев и безнадежно махнул рукой. Потом, словно спохватившись, добавил: – Не о том мы завели разговор… Нам бы уже надо подумать и о себе…

Абазов внимательно посмотрел на Алексеева, не пытаясь скрыть своего удивления.

– Вы это серьезно, Евгений Иванович?.. Хуже были времена. Враг под престольной стоял, однако выжила Россия…

– Да она и на это раз выживет, – мрачно ответил Алексеев.

 – Только без нас…

– Нет! – возразил Абазов. – Без нас она не выживет. Храм славится своими жрецами. А мы с вами и есть жрецы…

Глава VII

1

– …Ну что, голубчики, добились своего? – спросил Николай II после того, как великий князь Михаил Александрович уселся за обеденный стол. И продолжил, уже обращаясь к императрице. – Можешь себе представить, вчера на сельскохозяйственном комитете под председательством горохового шута Сельского хозяйства осудили мой манифест, который вот эти родственнички, – и он кивнул в сторону Михаила Александровича, – заставили меня подписать чуть ли не силой!.

. Так вот, чтобы они больше не умничали, я распорядился закрыть сельскохозяйственный комитет. Пусть знают, когда надо тявкнуть, а когда лизнуть! И наш премьер Витте был. Сидел, словно в рот воды набрал! – в сердцах добавил Николай II.

Великий князь Михаил Александрович в ответ пожал плечами.

– Комитет ты можешь закрыть. А в отношении Витте ты не прав. Покойный Александр III, царство ему небесное, любил его и доверял во всем…

– У покойного прародителя были свои взгляды на деятельность Сергея Юльевича. Да и время другое было! А я уже начинаю побаиваться своего премьера. Он становится чуть ли не злым гением моего царствования! – неожиданно признался Николай II.

Молчавшая до этого времени императрица Александра Федоровна мягко упрекнула обоих.