Заговор жрецов

Рядом помещалась статья корреспондента газеты, в которой тот сообщал, что лично сам слышал признание эсера Савинкова в получении членом финской партии активного сопротивления Конни Зиллиакусом миллиона долларов из США на создание в России, Польше и Финляндии боевых организаций.

На последней странице газета сообщала о реакции Европейских стран на события 9 января. Если верить газете, то Европейские страны были уверены в грядущей революции в России. А Франция даже отказала новому министру финансов Коковцеву размещать у себя русский заем.

На глаза Алексееву попалось короткое сообщение о назначении его императорским величеством нового министра внутренних дел. Им стал Булыгин, о котором Алексеев знал понаслышке.

Газета также сообщала, что по совету нового министра внутренних дел Булыгина государь подписал Указ, в котором объявлялось всем русским людям и организациям об их праве сообщать государю свои предложения о желательных реформах государственного устройства.

Алексеев еще раз перечитал последние строки.

«Чертовщина какая-то, – подумал он. – Или еще хуже – провокация!.. За что же тогда отправлен в отставку князь Святополк-Мирский?..»

Отложив газету в сторону, Алексеев хотел было попить чай, но передумал. Снова взял газету и пересмотрел ее, надеясь найти хотя бы что-нибудь о Порт-Артуре или о событиях в Маньчжурии, однако не нашел.

Алексеев швырнул в сердцах газету на пол, позвал адъютанта и приказал убрать чай.

– А это, ваше высокопревосходительство? – спросил адъютант и указал на валяющуюся на полу газету.

– И это тоже, – сказал Алексеев. – И больше мне не носите никаких газет!..

5

Конец января выдался холодным. Снежные метели сменились морозами, реки, окованные льдом, затихли и, казалось, уснули, как и сопки, окружающие Мукден.

От постоянных холодов город продрог и съежился, заваленный толстым снежным покровом.

…В 10 часов утра к Куропаткину зашел начальник разведотдела полковник Пневский. Поступающие за последнее время донесения от командующих армиями генерала Линевича, барона Каульбарса и барона Бильдерлинга, допросы пленных позволяли сделать вывод: идет постоянное пополнение японских войск свежими силами.

Не изменилось и количество японских дивизий. По-прежнему их оставалось 12, с учетом 7-й и 8-й полевых дивизий, прибывших на фронт в середине января.

Куропаткин в это время стоял у окна и задумчиво смотрел на заснеженную улицу.

– Любуетесь зимой, Алексей Николаевич? – спросил Пневский.