Капкан на диких охотников

 – За дедом по чмураку у сараев двое хлопцев крадутся!

– Ага! И не наши, кажись, эти хлопцы?

– Гляди, за спинами у них то ли винтовки, то ли карабины! – зашипел Генка. – И чего они так за дедом тикуют? Неспроста это!

– Может, хотят подглядеть, где он прячет коней?

– А и то! Что захотели, хлопчики! Коников наших забрать? Не слабо! И кто они такие?

– А дед не дурачок, видно, заметил их. Ага, так вам старый чекист и покажет коней. Глянь, глянь! Пошел дед к кусту, будто помочиться, – едва не засмеялся во весь голос Жорка.

Но эти хлопцы вдруг выскочили из своего укрытия, что было за горой старого упревшего навоза, и стремительно бросились к Трофиму.

– Дед, здорово! – останавливаясь за два шага, произнес один из них в зимней крестьянской шапке-ушанке, с завязанными поверх «ушами», и солдатской красноармейской шинели без погон.

– Здорово, мужики, – не спеша, застегивая ширинку, ответил Трофим.

– Дед, мы к тебе, – заговорил второй, низкого роста, в серой поношенной фуфайке.

– Ну, и как-то оно? – ответил вопросом дед Трофим.

– Красным партизанам нужны твои кони. Врага надо крепко бить, а на конях оно получается ямчей, – улыбаясь, произнес второй.

– Врага надо бить, – согласился Трофим, – но и поле надо сеять. Опять же – кормить тех, кто бьет того ворага.

– Поле подождет! – вскрикнул каким-то женским визгливым голосом первый. – Поле можно лопатой вскопать.

– Эт, такой ты шустряк! – возмутился дед Трофим. – Ты много поле житное или ячменное лопатой копал?

– Бульбой засеешь, – грозно оскалился второй.

И он начал снимать с плеча винтовку.

– Ты глянь, что творится! – стиснул кулаки Жорка. – Этак они деда Трофима и пришьют здесь?

– Не пришьют, – сказал Генка. – Давай, Жорка, автомат из мешка вытряхай. Стрельнем из его.

– Как? Ты что?! Это ж – партизаны!

– Какие это партизаны? Да мы поверх голов пальнем, посмотришь, как побегут!.

– Не, Гена – партизаны они-то наши! Может, дед Трофим и не правый в том. Ему свое, а партизанам – дело боевое.

– А вы, хлопцы, какие будете партизаны? Наши або сами по себе? – услышали они спокойный голос старика.

– Мы знаем, какие! А ты хлеб большевичкам растил, мясцом их свиным да говяжьим кормил, а они тебя оставили немцу и бегом под Москву, а там скоро и за Урал, – снял с плеча винтовку и второй.