Линия жизни

Подростков, изменивших судьбу планеты. Он, Пашка Стременков да Родька Бутов.

«Мы просто пытались выжить…» – мысленно твердил Егор, успокаивая бешеное биение сердца, отгоняя призраки прошлого.

Он шел по дну высохшего русла реки, а ощущал кашу изо льда и воды, видел, как по черной глади талых озер медленно плывут огромные айсберги.

Бестужев зажмурился, оттолкнул воспоминания. Первая группа темпоралов виднелась сразу за излучиной. Энергетическая колоннада полыхала в ночи, столбы зловещего, неживого света вырывались из-под земли и уходили в небеса.

В последний раз он проходил тут пару месяцев назад, и с тех пор количество темпоралов увеличилось в разы. За ближайшей рощей просматривались новые и новые очаги сияния.

Ему пришлось вскарабкаться по склону, чтобы тщательно осмотреть окрестности.

Плохо дело. Он представил судьбу каравана, не пересекись случайно их пути. Чувство вины, давно отболевшее, снова нахлынуло, причиняя боль. Зря злился на репликанта. Он не умеет мыслить иначе.

Ему хотелось помочь. Попытаться исправить хотя бы малость.

– Грей? – Бестужев принял решение, воспользовался модулем технологической телепатии.

– На связи, – тут же откликнулся тот.

– Ко мне, бегом! Своим людям прикажи, чтоб без команды – ни шагу.

– Новые темпоралы? – забеспокоился репликант. – Много?

– Подтягивайся ко мне, сам увидишь.

* * *

Время.

Знакомое каждому слово. Неосязаемая сторона бытия, представленная цепью событий, дат. Субъективно время течет для нас из прошлого в будущее. Оно воспринимается как нечто незыблемое, неподвластное – его невозможно изменить или обратить вспять.

Так считали многие, в том числе и коренные пандорианцы…

Рядом появилась тень.

Грей вытянул шею, невнятно выругался.

– Месяц назад этим руслом ходили, – он окинул похолодевшим взглядом открывшуюся панораму окрестностей.

– Верю. – Егор изменил конфигурацию имплантов. – Я покажу, как пройти.

– Эшранг опять орать будет, – произнес Грей, глядя на жутковатую колоннаду холодного света. – Типа, вы, хомо, во всем виноваты! Загубили планету.

– А сам-то как считаешь? Веришь ему?

Репликант пожал плечами.

– Не знаю, чему верить, – вздохнув, признался он. – Слухи одни.