Изгнанницы

– А где ее родители? – поинтересовался другой.

– Девочка сирота, – сказал моряк.

Первый солдат кивнул:

– Пожалуй, оно и к лучшему.

Капитан присел перед Матинной на корточки.

– Ну что ж, давай прощаться. Пришла пора передать тебя дальше. Эти двое отвезут, куда надо. – Чуть помедлил, словно хотел еще что-то сказать. Потом кивнул на ее корзину. – Рад, что не пришлось съесть твоего поссума.

Сиденья в пролетке – конский волос, выкрашенный в королевскую синь, – оказались скользкими. Чтобы не съехать на пол, девочка была вынуждена схватиться за подлокотник.

Лошади с прихлюпыванием цокали копытами по склизким от грязи булыжникам.

Сидя в трясущейся пролетке и оглядываясь на удаляющуюся от нее пристань, Матинна почувствовала такое невероятное одиночество, какого еще не испытывала ни разу в жизни. Никто в этом странном месте не выглядел, как она. Совсем никто.

Хобарт, Земля Ван-Димена, Австралия, 1840 год

Лошади свернули на короткую подъездную аллею и резко, так что коляску мотнуло, остановились перед длинным двухэтажным зданием кремового цвета, с синей отделкой и широкой верандой.

Один из солдат спрыгнул на землю и поднял Матинну из пролетки. Но вместо того, чтобы поставить девочку на выстланную камнем дорожку, отнес ее к ступеням парадного входа.

– Мне сказали, будто вы настоящая леди, – произнес он с преувеличенно почтительным видом. – Так что подол пачкать не годится.

Вытянув шею, Матинна огляделась. Хотя столь больших и величественных зданий ей прежде видеть еще не приходилось, чувствовала она себя странным образом непринужденно, как если бы вдруг попала на гравюру одной из тех книг, что читала со школьным учителем.

На крыльце появилась крепкая, средних лет женщина в сером платье с белым передником и в чепце.

– Здравствуй, Матинна, – сказала она, склонив голову набок. – Мы тебя ждали. Я – миссис Крейн, экономка. А это резиденция губернатора. Твой новый… дом.

У школьного учителя на Флиндерсе тоже имелась экономка, старуха-миссионерка, которая убирала ему постель и готовила завтрак.

Матинна обычно делала вид, будто ее не замечает. Но порядки этого места были девочке неизвестны. Может, полагается сделать книксен? Она присела в реверансе.

– Не трать на меня понапрасну свои манеры, – фыркнула миссис Крейн. – Я так понимаю, это мне полагается тебе кланяться, а не наоборот. Слышала, ты у нас принцесса! – Повела бровями на солдат.