Русские музыканты об Америке и американцах

Перерыв мои сочинения и не найдя среди них писем, чиновник заявил, что хотя нам всем придётся съездить на остров, но вероятно через час меня отпустят. Остров, это звучало неприятно, так как мы его видели при въезде в бухту: он мал, скалист, красив и весь застроен тюрьмами.

11 (24) августа 1918 [всё ещё на острове].

Меня вызвали и подвергли часовому допросу. Спрашивали массу нужных и ненужных вещей, но некоторые вопросы были прямо шедевры:

– Сочувствуете ли вы в войне союзникам?

– Сочувствую.

– Сочувствуете ли вы большевикам?

– Нет.

– Почему?

– Потому что они взяли мои деньги.

– Бывали ли вы на их митингах?

– Бывал.

– Хорошо ли они говорят?

– Хорошо, но не логично.

– Где ваш отец?

– В могиле.

– Был ли он на войне?

– Нет.

– Почему?

– Потому что умер.

– Состоите ли вы членом какого-нибудь общества?

– Петроградского Шахматного общества.

– Политической партии?

– Нет.

– Почему?

– Потому что я считаю, что артист должен быть вне политики.

– Признаёте ли вы многожёнство?

– Я не имею ни одной.

– Сидели ли вы в тюрьме?

– В вашей. Etc.

АМЕРИКАНСКИЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ

God bless America,

Land that I love,

Stand beside her and guide her

Thru the night with a light from above.

From the mountains to the prairies,

To the oceans white with foam,

God bless America,

My home sweet home.

Irving Berlin [Israel Baline] (1888—1989)

Бог – доллар,

доллар – отец,

доллар – дух святой.

Владимир Маяковский (1893—1930)

IV. Русские в Нью-Йорке

«Кто в мире не слыхал о Статуе свободы? Когда корабль входил в Нью-йоркскую гавань, я долго и с уважением смотрел на величавую леди, символизирующую свободу и права человека»[64 - Tiomkin, Dimitri & Buranelli, Prosper Please Don’t Hate Me. Garden City, NY: Doubleday & Company, Inc., 1959. P. 108.]. Этими словами Дмитрия Тёмкина можно, вероятно, было выразить чувства многих иммигрантов, и не только, конечно, русских.

Ошеломляющую сказочную панораму, открывающуюся при приближении к Нью-Иорку, с эффектной, царящей над входом, статуей Свободы – всё это трудно описать. Шесть сезонов подряд я ездил потом в Америку и каждый раз приближение к Нью-Иорку производило на меня всегда одинаково сильное впечатление[65 - Гречанинов, А. Т. Моя жизнь. New York: Издание «Нового журнала», 1951. С. 137.].