Форма жизни

Глава 3

Борт космического корабля «Янус-К209НТ»,

владелец – корпорация «Дитрих фон Браун»,

Европейский Союз,

порт приписки – станция «Каллисто»,

земная орбита

– «Янус-209», говорит центр связи «Хьюстон», доброе утро…

– Доброе утро, Хьюстон. – Андрей Дибров отстегнул ремни и всплыл над креслом, одновременно дотянувшись правой рукой до скошенной приборной панели, закрепленной у «потолка» отсека. Он действовал машинально, руки сами знали, где и что нужно нажать, – сказывался многолетний опыт космоплавания.

В тишине замкнутого помещения отчетливо пискнул сигнал.

Он обежал глазами контрольные датчики и начал привычную процедуру формального доклада:

– У нас все в порядке, бортовые системы в норме. – Андрей переместил взгляд к следующей группе датчиков. – Режим телеметрии данных не нарушен. – Он ухватился за скобу, подплывая к отдельно размещенному терминалу, и взглянул на огромное голубовато-серое полушарие Земли, застывшее в перекрестье координатной сетки систем наведения следящих антенн.

– Вас понял, «Янус». Челночные корабли с пассажирами стартуют по расписанию. Вы готовы к приему?

– Да, Хьюстон, у нас все в порядке. – Дибров взглянул на табло бортового хроно. – Через полчаса начало процедур предстартовых проверок.

– Хорошо, «Янус». До связи через тридцать минут.

Ухватившись за специальную скобу, Андрей перевернулся относительно «пола», одновременно коснувшись свободной рукой сенсора на панели интеркома.

– Хьюго, Земля вышла на связь. Желают нам доброго утра.

В ответ раздался сухой щелчок, и затем послышался голос первого пилота:

– Долго спишь, «командный». Основной модуль уже окончил утреннюю пробежку.

– О’кей, – усмехнулся Дибров. – У нас есть тридцать минут до следующего включения. Я в секции «Альфа». Предлагаю легкий завтрак на нейтральной территории.

– Принято.

«Нейтральной территорией» на борту двухмодульного космического корабля «Янус» его экипаж, состоящий из четырех человек, в шутку называл отсеки общего пользования, расположенные между разделяемыми модулями.

* * *

Покидая командную полусферу, в которой царила невесомость, Андрей Дибров на минуту задержался в тесном переходном тамбуре, снабженном небольшим круглым иллюминатором с толстым стеклом.