Наследство Уиндемов

Я мужчина и глава семьи, а она – женщина и обязана подчиниться моему желанию.

– Мистер Спирс полагает, что случилось нечто чрезвычайное, раз она решила приехать сюда.

Марк раздраженно про себя отметил, что они сговорились за его спиной, успев все обсудить. Оказывается, Спирс уже в курсе, дворецкий Сэмпсон, надо полагать, тоже.

– Дукесса – гордячка, но она не глупа.

– Мистер Спирс считает, что как раз гордость и является причиной всех глупых поступков, сэр.

Марк, спрятав письмо в карман, направился к себе, чтобы переодеться.

«Отлично, Дукесса, – говорил он самому себе, – наконец ты соизволила явиться ко мне. Что ж, еще не поздно».

Но у себя в спальне, еще раз перечитав письмо, он наткнулся на странную фразу: «Мистер Уикс собирается нанести визит вам во вторник, после моего приезда. Не сомневаюсь, что вы уже извещены об этом».

Какого черта! Что здесь понадобилось дядиному адвокату? Возможно, за всем этим скрывается что-то еще, о чем он не знает. Но что?

Она прибыла в Чейз-парк за неделю до Рождества, хотя в письме датой приезда было названо 1 января 1814 года.

Баджи шел за ней с небольшим чемоданом в руках. Встречающий их у порога дома Сэмпсон, не скрывая радости, рассыпался в комплиментах.

– Мисс Дукесса! Какое счастье, что за чудное событие! Пожалуйте, пожалуйте. Кто вас сопровождает? Представьте его, пожалуйста.

Дукессе, слишком утомленной дорогой, было не до приветствий. Поэтому с легкой улыбкой она представила своего камердинера:

– Это Баджи, мой слуга.

– Ах, прекрасно.

Его сиятельство уже ожидает вас в библиотеке. Какая радость для всех нас. Идемте, я провожу вас, леди Дукесса. Ваш э… слуга…

– Мое имя – Эразм Баджи.

– Ах, весьма приятно, мистер Баджи. Я представлю вас мистеру Спирсу, камердинеру его сиятельства. Возможно, мы чуть позже соберемся втроем, чтобы обсудить некоторые вопросы.

Баджи посмотрел на Дукессу, но та одарила его одной из своих холодных отстраненных улыбок.

– Да, побудь лучше пока со Спирсом, Баджи. Ты можешь помешать его сиятельству добраться до моего горла.

Он столько раз собирался задушить меня.

Она спокойно вошла в библиотеку, эту огромную комнату, так когда-то пугавшую ее. Марк встал из-за стола, но навстречу ей не пошел. Его голос растворился в торжественной тишине:

– Ты приехала…

Она кивнула.

– Да. Разве я не писала вам о своем приезде?

– Но речь шла о 1 января… Впрочем, это не имеет значения. Теперь ты снова здесь, не важно, на законных основаниях или нет.