Стеклянная женщина

Он догоняет их, широко шагая и постукивая по земле палкой.

– Стой на месте и молчи, – шепчет Пьетюр.

Роуса кивает и опускает глаза. Похожий на скелет незнакомец останавливается подле лошади Пьетюра и хватается за уздечку костлявой клешней. По его черному талару Роуса догадывается, что это prestur.

– Новая жена? – Голос его сух и скрипуч.

– Как видишь, – ровным, будто клинок, тоном отзывается Пьетюр.

Старик пристально рассматривает Роусу. Она упорно не сводит глаз с гривы Хадльгерд и зарывается в нее пальцами.

– Худая, – говорит он. – Зиму-то протянет?

– Протянет, если только ты ее ядом своим не отравишь, Эйидль.

– Попридержи язык, когда говоришь со мной, мальчишка, иначе пожалеешь…

Пьетюр заливается лающим смехом.

– Когда говорю с тобой? Да ты, никак, уже считаешь себя bоndi?

Эйидль поворачивается к Роусе. Глаза у него налиты кровью, словно он пьян, но голос при этом ясный и трезвый.

– Остерегайся, женщина. Твой муж только кажется человеком добродетельным, а на деле он сущий дьявол.

Но Пьетюр не дает ему договорить: его кобыла, понукаемая пинком под ребра, сбивает Эйидля с ног, и тот растягивается на земле. Пьетюр хватает поводья Роусы, и обе лошади срываются в легкий галоп. Эйидль кричит им вслед. Слов на ветру не разобрать, но понятно, что он в ярости.

Когда крики стихают вдали, Пьетюр останавливает лошадей. Он тяжело дышит, будто после бега. Сердце Роусы колотится в горле.

– Он… Он что-то говорил об Анне. Что…

Пьетюр перегибается через шею лошади, хватает Роусу за руку и притягивает так близко к себе, что она чувствует запах его пота и видит, как дико вспыхивают его глаза.

– Не спрашивай об Анне. Ни меня, ни других, ни уж тем более Йоуна. Он человек хороший, уверяю тебя. Все это досужие сплетни.

– Я… Я постараюсь.

Пьетюр стискивает ее ладонь. У Роусы перехватывает дыхание. Потом он поворачивает лошадь, и они продолжают путь к уединенному дому, беззащитно съежившемуся на вершине холма.

Йоун ждет на улице – надо думать, заметил их издалека.

– И какой же мудростью поделился с вами старик?

Бросив на Роусу предостерегающий взгляд, Пьетюр натянуто улыбается.

– Эйидль метит на место bоndi и считает тебя дьяволом.

Йоун ухмыляется.

– Отправь он меня на костер, и место bоndi будет свободно. Впрочем, раз уж я сам дьявол, сжечь меня будет нелегко.

Роуса ахает от ужаса, но Йоун смеется.