Сага смерти. Петля Антимира

 – Зомбарь был тощий, как глиста, а я хлопец немаленький. Скажем честно: метр восемьдесят восемь. И он-то, видно было, еле протиснулся, ужом там полз, а мне – точно никак. Я по всем комнатам прошелся, вентиляция везде одинаковая.

– Типовая, – вздохнул Химик. – Ну, что ты там?..

– Я морально готовлюсь. Не нукай.

Он приставил шприц к месту, которое перед тем ощупывал пальцем, и вдавил клапан. Кольнуло, но не сильно, он думал, хуже будет. Тихо пшикнуло. Морщась, опустил шприц – наконечник был пустой. Химик сказал:

– Теперь лучше сядь.

Ты там стоишь? Сядь.

– Почему? – Пригоршня сел. – Вроде все нормально.

– Может стать не очень нормально. Иголки ведь у них органические. И они почти на сантиметр длиннее, чем кажутся, поэтому я тебе и говорил не прикасаться к ним и ничего не задевать. Просто концы у них почти что наноразмерные. После укола в иглах срабатывает заложенная программа, они вырастают, и тогда…

– Вырастают? – переспросил Пригоршня. – В черепуху мне врастают? А почему ты мне про это не сказал раньше?

– Потому что ты не захотел бы вкалывать себе «партнера».

– Да я его сейчас из себя вытащу!

Ему почудилось, что голос Химика дублируется вторым, таким же, но звучащим тише и как-то призрачно… и будто не снаружи, а где-то внутри, в голове.

– Что происходит… – начал он, но заткнулся, услышав слева шелест. То есть не слева от себя, а в левой части головы. Шелест сменило бульканье, скрип.

– Ну что, заработало?

Это донеслось не из интеркома – раздалось в левом ухе.

– Химик! – позвал Пригоршня.

– Я здесь.

– Так, стоп… – он потянулся к интеркому, нашел нужную кнопку и выключил его. – А сейчас ты меня слышишь?

– Ну да. Кстати, ты меня почти оглушаешь. Можешь говорить гораздо тише, только артикулировать… В общем, еще приспособимся, но пока просто говори тише.

– Это, значит, через черепную кость звук попадает на моего «партнера», а от него – к тебе.

– Да, и поэтому я могу слышать также внешние звуки. Вообще «партнер» – это биотехнология, иглы органические, а он сам… не пойми из чего.

Иголки прорастут немного дальше и адаптируются. Самонастроятся и начнут тоньше, чище снимать сигналы. Тогда тебе и мне достаточно будет только артикулировать, говорить почти про себя, едва шевеля губами. Если потренироваться, можно делать это так, что даже когда кто-то встанет рядом, он не поймет, что ты с кем-то общаешься. Голова кружится?

– Нет, – ответил Пригоршня, поднимаясь. – Ничего не кружится, только в ухе тянет.