Джон Леннон. 1980. Последние дни жизни

Джанин Джонс, которая провела в Верхнем Вест-Сайде всю жизнь, вспоминала, что в 1970-х «никто в Манхэттене не жил выше 72-й улицы, если этого можно было избежать. Люди боялись ездить в измалеванном граффити, пропитанном уголовщиной метро, местные жители знали, что надо попасть домой и запереться до наступления темноты, и тогда ты был в безопасности».

В августе 1971 года, незадолго до переезда Леннонов в Нью-Йорк, Кинга Кёртиса ударили ножом перед его домом на Западной 86-й. Двое наркоманов напали на легендарного саксофониста, когда он пытался занести в дом кондиционер.

Когда эти двое отказались уступить Кёртису дорогу, завязалась перепалка, которая закончилась смертью музыканта в больнице Рузвельта менее часа спустя.

В марте 1977 года работники телевидения Марк Мануччи и Мэри Ларсен брали здесь интервью у прохожих на улицах. Один мужчина заметил: «В этом районе существуют крайности. Здесь живут крайне богатые и крайне бедные. У вас всегда будут проблемы, когда есть две крайности». Другой сказал: «Здесь все время надо глядеть в оба.

Кто-то всегда пытается что-нибудь украсть, ограбить вас, убить вас» (21).

Обозреватель West Side Rag Кэрол Танненхаузер сказала об этом еще лаконичнее, описав Верхний Вест-Сайд той поры как одновременно «сообщество в лучшем смысле этого слова и место, где можно достать наркотики или быть ограбленным». Актер Бен Стиллер, в свою очередь, находил, что здесь сочетались идиллия и опасность. «Я рос в Манхэттене, в Верхнем Вест-Сайде в семидесятых, – вспоминал он, – и жители устраивали на улицах вечеринки для всех; там существовали разные культуры и были заметны последствия Вьетнама, люди верили в День Земли и спасали планету – все это было очень искренне, по-настоящему и как-то переплетено, я думаю».

В то же время там бушевали «пожары, беспорядки и серийные убийцы» (22).

И посреди всего этого высилась «Дакота». В те времена «Дакота» выглядела действительно удручающе, покрываясь копотью, – запущенный город красил ее в черное. Обитые медью башни дома пошли разными оттенками зеленого – медь окислялась, потому что годами никто не ударял палец о палец.

Нью-Йорк только начинал осознавать, какие беды обрушились на десять с лишним тысяч городских зданий.

Как это часто бывает, шестеренки заскрипели только после трагедии. В мае 1979 года 18-летняя первокурсница Колумбийского университета Грейс Колд погибла на углу 115-й и Бродвея, когда на нее упал кусок каменной кладки, отвалившийся от окна на восьмом этаже.