Столпы земли

Но Тому не хотелось продолжать разговор о графе Бартоломео.

– Для меня в ней нет ничего хорошего, – сказал он. – Днем раньше граф нанял меня, чтобы я укрепил оборонительные сооружения замка. Я не успел проработать и одного дня.

– Какой позор! – проговорил вдруг Филип. – Кто же захватил замок?

– Лорд Перси Хамлей.

– А-а, – кивнул Филип, и Том почувствовал, что новость, которую он сообщил, его ничуть не удивила.

– Ты, я вижу, наводишь здесь порядок, – начал Том, стараясь направить разговор в нужное русло.

– Пытаюсь, – проговорил Филип.

– Уверен, ты хотел бы восстановить башню.

– Восстановить башню, отремонтировать крышу, намостить пол – да, все это я хочу сделать. А ты, конечно же, хочешь получить работу, – добавил он, очевидно только сейчас поняв, зачем Том здесь. – Я рад бы тебя нанять, но, боюсь, мне нечем будет заплатить. Монастырь нищ.

Тому показалось, будто его ударили кулаком. Он почти поверил, что найдет здесь работу, – все говорило за это. Думая, что ослышался, он уставился на Филипа.

Просто невероятно, что у монастыря нет денег. Правда, келарь сказал, что всю дополнительную работу монахи делали сами, но даже если так, монастырь всегда мог одолжить денег у евреев-ростовщиков. Том чувствовал: здесь его дорога подошла к концу. Неизвестно, что придавало ему силы на протяжении всей зимы странствовать в поисках работы, но теперь этот источник иссяк – и силы и воля покинули его. «Все. Больше не могу, – подумал он. – Я выдохся».

Видя его страдания, Филип сказал:

– Могу предложить тебе ужин, место для ночлега и завтрак.

Злость и отчаяние переполняли Тома.

– Благодарю тебя, – раздраженно произнес он, – но я бы предпочел все это заработать.

Услышав в голосе Тома злые нотки, Филип приподнял брови, но голос его прозвучал мягко:

– Проси у Господа. Молитва – не попрошайничество. – Он повернулся и вышел.

Семейство Тома выглядело испуганным, и ему стало неловко, что он не смог скрыть своей досады. Он выскочил во двор вслед за Филипом и остановился, уставившись на махину старой церкви и пытаясь справиться со своими чувствами.

Через минуту к нему подошли Эллен и дети. Желая успокоить его, Эллен положила голову ему на плечо. Сновавшие вокруг послушники начали толкать друг друга локтями и перешептываться. Том не обращал на них внимания.

– Я буду молиться, – мрачно сказал он. – Я буду молиться, чтобы молния ударила в эту церковь и сровняла ее с землей.

За последние два дня Джек научился бояться будущего.