Столпы земли

Всем четверым придется дождаться окончания мессы, прежде чем они смогут заняться делами, ибо службу посещали все, кроме стоявших на часах стражников.

Внезапно раздавшийся рядом голос заставил Джека подпрыгнуть.

– Ах, вот ты где! – То была его мать. Джек обернулся, и она поняла, что сын расстроен. – Что случилось?

Он хотел, чтобы она утешила его, но вместо этого заставил свое сердце ожесточиться и произнес:

– Скажи, мама, у меня был отец?

– Да. – Она опустилась рядом. – У всех есть отцы.

Он отвернулся.

– И где он теперь?

– Он умер.

– Когда я был маленьким?

– Еще до того, как ты родился.

– Но как же он мог быть моим отцом, если умер еще до моего рождения?

– Видишь ли… дети получаются из семени. А семя выходит из мужского членика и сеется у женщины внутри. Затем у нее в животике из этого семени вырастает ребеночек, а когда наступает срок, он выходит на свет Божий.

С минуту Джек молчал, переваривая услышанное.

– Том собирается посеять в тебя семя?

– Может быть.

– И тогда у тебя будет еще один ребенок?

Она кивнула.

– Твой братишка. Ты хотел бы?

– Мне все равно, – сказал Джек. – Том уже отнял у меня тебя. Брат ничего не изменит.

Она обняла и прижала его к себе.

– Никто никогда не сможет отнять меня у тебя.

Ему стало немного лучше.

Они еще помолчали, потом она сказала:

– Холодно здесь.

Джек кивнул. Они встали и, перебравшись через земляной вал замка, сбежали по его склону во двор. Тех четверых, что прибыли этим утром, видно не было. Возможно, они пошли в часовню.

Проходя по мосту в верхний двор, Джек спросил:

– А как звали моего отца?

– Так же, как и тебя, – Джек, – ответила она. – Джек Шербур.

Это было приятно. Он носил то же имя, что и отец.

– Значит, если появится еще один Джек, я могу говорить, что меня зовут Джек, сын Джека – Джексон.

– Можешь. Люди не всегда называют нас так, как нам хочется… Но можно попробовать.

Джек кивнул. Теперь он чувствовал себя гораздо лучше. Впредь он будет звать себя Джек Джексон. Ему уже не было так стыдно. В конце концов он узнал, что такое отцы. И еще он узнал имя своего.

Они подошли к сторожевой башне верхнего двора. Здесь часовых не было. Мать остановилась и нахмурилась.

– Чует мое сердце, что-то здесь не то, – сказала она.