Мир без конца

«Глупо отрицать, папаша», – со страхом подумала Гвенда; воины рано или поздно вытащат из него правду – точно так же, как он сам всегда вытаскивал правду из нее.

Старший воин проговорил:

– Дэви, владелец «Белой лошади», сказал, что купил это у Джоби из Уигли.

Он говорил более сурово, чем раньше, и все, кто был в зале постоялого двора, поднялись с мест и торопливо ушли; остались лишь Гвенда, ее мать и братья.

– Джоби был тут, но ушел, – с отчаяния брякнул отец.

Воин кивнул.

– Ага. С женой, двумя детьми и младенцем.

– Да.

Дальше все произошло очень быстро. Воин сильной рукой схватил отца за шиворот и отбросил к стене. Мать закричала, младенец заплакал. Гвенда заметила на правой руке воина подбитую перчатку, обтянутую кольчужной сеткой. Воин замахнулся и ударил Джоби в живот.

– Помогите! Убивают! – завопила мать.

Филемон зарыдал.

Побелев от боли, отец обмяк, но воин подхватил его, припер к стене и ударил снова, на сей раз в лицо. Кровь брызнула у отца из носа и рта.

Гвенде хотелось кричать, она широко разинула рот, но не могла издать ни звука.

Из дверей, что вели в заднюю часть дома, показался хозяин постоялого двора, крупный мужчина лет тридцати с небольшим. Из-за его спины выглядывала пухленькая маленькая девочка.

– Что это значит? – властно спросил трактирщик.

Воин даже не взглянул в его сторону.

– Убирайся, – бросил он через плечо и вновь ударил отца в живот.

Тот захаркал кровью.

– Прекратите! – потребовал трактирщик.

Воин спросил:

– А ты кто такой, чтобы мне приказывать?

– Я Пол Белл, и это мой дом.

– Знаешь что, Пол Белл, займись-ка своими делами, если не хочешь неприятностей.

– Вы, кажется, думаете, будто можете творить что угодно в этих одеждах? – В голосе Пола звучало презрение.

– Именно так, приятель.

– И чьи же это цвета?

– Королевы.

Пол обернулся к дочери:

– Бесси, сбегай за констеблем Джоном. Если в моей таверне убьют человека, я хочу, чтобы констебль был свидетелем.

Девочка исчезла.

– Никого здесь не убьют, – пояснил воин. – Джоби передумал. Он решил отвести нас туда, где ограбил двух мертвецов, правда, старина?

Отец не мог говорить, но кивнул. Воин отпустил его, и он упал на колени, кашляя и плюясь.

Воин посмотрел на остальных.