Мир без конца

Тот ответил не особенно тепло:

– Чего тебе, молодой Мерфин?

– Я ушел от Элфрика.

– Знаю. И почему, тоже знаю.

– Вы слышали эту историю от Элфрика.

– Я узнал то, что мне было нужно.

Мерфин понял, что Элфрик даром времени не терял, до и по ходу поминальной службы излагая всем свое толкование случившегося. Юноша был уверен, что мастер никому не рассказал, как Гризельда пыталась приспособить Мерфина на роль отца своего ребенка вместо Терстана, но хорошо понимал, что оправдываться неправильно: лучше признать ошибку.

– Понимаю, что поступил дурно, и мне очень жаль, но я хороший плотник.

Уоткин согласно кивнул.

– Новый паром говорит сам за себя.

Юноша воспрянул духом.

– Вы возьмете меня?

– Кем?

– Плотником. Вы же сами сказали, что я умею работать.

– Где же твои инструменты?

– Элфрик не пожелал отдать.

– И был прав, потому что ты не закончил ученичество.

– Тогда возьмите меня подмастерьем на полгода.

– И отдать тебе потом просто так набор инструментов? Мне это не по карману.

Инструменты были дорогими, потому что больших денег стоили железо и сталь.

– Возьмите на жалованье, и я накоплю на свой инструмент. – Это грозило отнять очень много времени, но Мерфином двигало отчаяние.

– Нет.

– Почему?

– Потому что у меня тоже есть дочь.

Прозвучало оскорбительно.

– Вы же знаете, что я вовсе не гроза юных дев.

– А пример другим подмастерьям? Если тебе сойдет с рук, почему бы остальным не попытать счастья?

– Но это же несправедливо!

Уоткин пожал плечами.

– Может, ты по-своему и прав, но спроси у любого плотника в городе. Думаю, все скажут то же самое.

– Что же мне делать?

– Не знаю. Думать надо было, перед тем как ее тискать.

– Вам все равно, что вы теряете хорошего плотника?

Билл опять пожал плечами.

– Нам больше работы останется.

Мерфин отвернулся. «Вот этим-то гильдии и плохи, – с горечью подумал он, – с радостью гонят людей, и за дело, и под надуманными предлогами.

Вдова Хауэлла ушла, сопровождаемая своей матерью. Керис, освободившись от дани уважения покойному, подошла к Мерфину.

– Ты чего такой мрачный? Ты ведь почти не знал Хауэлла.

– Мне, наверное, придется уехать из Кингсбриджа, – ответил юноша.

Девушка побледнела.

– Это еще почему, ради всего святого?

Мерфин передал ей разговор с Биллом Уоткином.