Мир без конца

А так, получается, он недостаточно натянул тетиву.

Он взял лук правой рукой, а стрелу ухватил левой; от многих лучников он отличался тем, что одинаково хорошо владел обеими руками. Второй раз мальчик натянул тетиву изо всех сил. Когда стрела отправилась в полет, стало понятно, что он действует правильно: снаряд почти долетел до дерева.

В третий раз он прицелился вверх, прикинув, что стрела полетит по дуге и на излете войдет в ствол. Но Мерфин взял слишком высоко, стрела угодила в ветви и упала наземь в ворох сухих коричневых листьев.

Мерфин пригорюнился. Стрелять из лука оказалось куда сложнее, чем он думал. Сам лук скорее всего в полном порядке; дело в его умении… точнее, неумении.

Керис снова сделала вид, будто ничего не заметила.

– Дай мне попробовать, – попросила она.

– Девчонки не умеют стрелять! – Ральф выхватил лук у брата. Он встал боком к мишени, как Мерфин, но выстрелил не сразу, а несколько раз согнул лук, приноравливаясь к нему. Он тоже понял, что гнуть древесину не так просто, но освоился, похоже, довольно быстро.

Хоп между тем притащил все три стрелы к ногам Гвенды, малышка их подобрала и передала Ральфу.

Брат прицелился, не натягивая тетивы, соизмерил стрелу и ствол дерева, не напрягая рук. Мерфин понял, что так и нужно было сделать. Почему подобное так ловко выходит у Ральфа, который не может отгадать ни одной загадки? А брат тем временем натянул наконец тетиву, не рывком, а плавным движением, как будто помогая себе поворотом бедер. Пущенная стрела вонзилась в мягкую кору дуба едва ли не на дюйм.

Хоп поковылял за стрелой. Добравшись до дерева, пес в растерянности остановился.

Ральф опять натянул лук. Мерфин понял намерения брата и успел лишь вскрикнуть:

– Не надо…

Он опоздал. Стрела вонзилась псу в загривок. Хоп упал и забился в судорогах.

Гвенда закричала. Керис прошептала:

– О нет!

Девочки побежали к собаке.

Ральф самодовольно ухмыльнулся.

– Ну как?

– Ты убил собаку! – свирепо прошипел Мерфин.

– Эка важность, у нее все равно только три ноги.

– Ее любила эта девочка, болван. Видишь, она плачет.

– Ты просто завидуешь, потому что не умеешь стрелять.

Тут что-то отвлекло Ральфа. Ловким движением он наложил последнюю стрелу, согнул лук в тугую дугу и отпустил тетиву, еще не довершив нажатия. Мерфин не мог понять, куда брат выстрелил, пока на землю не повалился, перевернувшись в воздухе, жирный заяц, из туловища которого торчала стрела.