Мир без конца

Может, приготовишь сама?

Мешая зелье, Керис спросила у Мэтти:

– Сколько беременностей заканчиваются выкидышем?

Гвенда поняла, откуда взялся этот вопрос: Керис рассказала ей про Мерфина. Оставаясь наедине, подруги обсуждали либо равнодушие Вулфрика, либо высокую нравственность Мерфина. Керис даже подмывало купить приворотное зелье для себя, но что-то ее удерживало.

Знахарка пристально посмотрела на нее, но ответила уклончиво:

– Никто не знает. Часто женщина месяц ходит без кровотечения, а потом оно возвращается.

– Понятно.

– Но вы обе не беременны, если вас это беспокоит.

– Откуда вы знаете? – быстро спросила Гвенда.

– Да вижу. Женщина меняется почти сразу же. Не только живот, грудь, но выражение лица, манера двигаться, настроение. Я вижу и знаю такое лучше многих, потому меня и кличут знахаркой. Так кто же забеременел?

– Гризельда, дочь Элфрика.

– А, да, я ее видела. Уже три месяца тому как.

– Сколько? – удивилась Керис.

– Три месяца или около того. Посмотри на нее. Она никогда не была худышкой, но сейчас вся округлилась. А почему тебя это удивляет? Что, ребенок от Мерфина?

Мэтти всегда обо всем догадывалась.

Гвенда повернулась к подруге:

– Ты вроде говорила, что это случилось совсем недавно.

– Мерфин не сказал точно, когда был с нею близок, но, похоже, да, недавно, и всего один раз. А теперь получается, что он спал с нею несколько месяцев назад!

Знахарка нахмурилась.

– Зачем ему врать?

– Чтобы выставить себя в лучшем свете, – высказалась Гвенда.

– Для чего?

– Мужчины порой мыслят странно.

– Я у него выясню, – решила Керис. – Прямо сейчас.

Она поставила кувшин и отложила мерную ложку.

Гвенда спросила:

– А как же мое зелье?

– Сама доделаю, – ответила Мэтти. – Керис слишком торопится.

– Спасибо, – поблагодарила Керис и вышла из дома.

Сперва направилась к реке, но Мерфина там не оказалось.

В западной части собора имелась рабочая комната главного каменщика, почти соприкасавшаяся с одной из башен. Керис взобралась туда по узкой винтовой лестнице в контрфорсе башни. В стрельчатые окна просторного помещения обильно лился свет. Вдоль одной стены высилась стопка красивых деревянных образцов, которыми пользовались резчики по камню еще при строительстве собора.