Беглец

Покрытый окалиной борт колониального транспорта отвесно уходил вниз.

Безумный андроид играл на скрипке.

Дно кратера, образованное застывшей стекловидной массой, пересекали многочисленные трещины и разломы. Некоторые оказались столь широки, что планетарные машины, съехав с аппарелей, были вынуждены двигаться вдоль их края, в поиске мест, где можно установить временные мосты и следовать дальше.

Глядя на место крушения, сбойного андроида, вздумавшего музицировать, людей, что бестолково копошились внизу, он понял: мечта сбылась.

За склонами кратера простиралась неведомая планета.

Неважно кем ты был в прошлом. Социальное положение, деньги, власть, – все это утратило смысл, осталось за десятки световых лет отсюда.

Ты тот, кто ты есть. Побелевшие пальцы Ральфа вцепились в поручень. Еще недавно такая степень свободы ему и не грезилась, казалась недостижимой.

После криогенного сна мутило, к горлу подкатывала тошнота, мысли поначалу путались, но он быстро взял себя в руки.

Колониальный транспорт разбился.

Тем временем планетарные машины преодолели первый сочащийся багрянцем разлом. Роботизированные комплексы включили промышленные лазерные установки, вырезая в склонах кратера ленту дороги. Грузовой лифт доставил вниз партию технических сервов и те шустро принялись рассортировывать контейнеры, выброшенные из отсеков "Беглеца" во время крушения.

В отличие от машин только что разбуженные колонисты разбрелись, кто куда, находясь в полной растерянности, даже не пытаясь сделать что-то полезное, необходимое.

Ральф часто пытался представить, какими станут первые минуты в неведомом мире? Беспомощность людей его откровенно настораживала и даже злила. На фоне никчемной толпы выделялась небольшая группа сотрудников корпорации "Римп-кибертроник", – они пытались навести порядок, но тщетно: их никто не слушал.

Ненависть к корпорациям сидела глубоко, саднила как заноза. Ральф вырос в поясе астероидов. У его родителей была своя шахта и небольшой транспортный корабль, но война между "Римп-кибертроник", "Генезисом" и "Новой Азией" сломала жизнь, погубила близких, отняла всякую надежду на будущее.

Он знал вкус настоящей жизни и откровенно страшился разделить судьбу поколения сверстников: их загнали в Слой киберпространства, сделав заложниками инмодов, обрекли на никчемное прозябание в фантомных мирах.