Еврейская сюита

Впоследствии я консультировался у деканов медицинских колледжей (в Филадельфии и Массачусетсе). Лекарство было протестировано на десяти пациентах подразделения хирургических исследований Департамента госпиталей Нью-Йорка. Результаты были блестящими. Я все еще жду официальной бумаги от «Кемвей» (Сhemway) которую, уверен, я получу вскорости. И тогда открываются широкие перспективы. Нужно связаться с контактами по моему списку и инициировать широкое тестирование, сформулировать обоснование и прочее. Я делал это раньше, и я сделаю это снова.

Только в этот раз нужно запустить пилотное исследование и верифицировать результат на большой группе пациентов, и затем только небо будет пределом (в финансовом смысле)».

Из личной переписки Эрнеста Брауна с племянницей Катериной

Он всегда видел для своих препаратов не только локальный рынок, он всегда мыслил глобально. Он говорил: «Думай по-крупному, в мировом масштабе. В Израиле такой же процент страдающих от акне, как и во всем мире». Это Эрнест: “Think big”.

Чтобы про DSD узнал весь мир, Эрнест обращался в израильские посольства в других странах. Он имел связи с израильскими консульствами, допустим, в Италии, Швейцарии, у него были знакомства. Он говорил: «Мы просто проинформируем их о проекте. Просто расскажем, мы же не хотим ничего от них».

Эрнест планировал, чтобы это все получилось за год. И это действительно получалось за год, иногда немножко больше.

– А если формула крема менялась? Что-то добавлялось, улучшалось? Нужно было начинать все сначала?

– Эрнест говорил, что минералы – это the building blocks (строительные блоки).

Знаете, когда вы строите, вам нужны блоки, чтобы построить первый этаж, второй этаж. Минералы находятся в каждом таком блоке. Можно внести изменения в формулу средства от псориаза, чтобы оно работало и от акне. Это не значит, что надо начинать все сначала.

Когда вы идете в FDA[12 - Американская ассоциация по надзору за продуктами питания и лекарствами (Food and Drug Association)], там есть разные отделы: отдел лекарств, отдел профилактики.

Я не думаю, что сегодня косметологические препараты тоже должны быть в FDI, но, может быть, тогда это было важно.

Когда я работала в Министерстве здравоохранения, мы не проверяли, насколько препарат эффективен, то есть действительно ли он улучшает состояние. Мы проверяли, что он не имеет никаких негативных воздействий на кожу человека. Например, нет жжения или зуда все время.