Ястребиная хватка

Все так же усмехаясь, он сделал паузу, положив локоть на стол и подперев подбородок.

– Занятно, что именно вы озвучили эту мысль.

– Если вам кажется, что я способна выпорхнуть из-под крыла мужа навстречу приключениям, то сейчас не время для подобных авантюр.

– И какое же сейчас, по вашему, время?

– Я разделяю мнение супруга на этот счет. Это время открытий. Время прогресса, несмотря на многочисленные жертвы. И, пусть он делает акцент на экспансии влияния за счет науки и технологий – я понимаю, что будущее общества – за развитием.

– Похвально для женщины, исходящей из франков. Ваш муж привил вам исключительное понимание национального вопроса, столь близкое арийцам, – он не переставал улыбаться, откинувшись на спинку удобного кресла.

– Герр Вернер – исключительно образованный человек, – улыбнулась она в ответ. Невидимый поводок натянулся, скрипя. Элен на мгновение показалось, что зверь слишком крупный и упрямый, чтобы ей действительно удалось его сдержать, что это все – иллюзия.

– Кстати, о темных силах. Вы ведь еще не успели посетить собор? Я сочту за честь провести вам небольшую экскурсию. Только после, не сочтите за дерзость, я все же вызову машину, чтобы вернуть вас к отелю, – он неловко улыбнулся, будто пристыженный одной возможностью своей усталости.

Она поставила чашку на блюдце.

– Можем перенести визит на другой день, раз вы чувствуете себя неважно.

– Нет, Хелен. Хочу провести с вами еще немного времени. Во мне поселилось необъяснимое чувство. Как будто, если отпущу вас сейчас, то больше никогда не увижу.

– Мы все проходим через страх потери, это неизбежно, – Элен достала сигарету. Он подал ей огня из армейской зажигалки с символикой рейха.

– Страх делает нас людьми. А чего боитесь вы?

Она неторопливо затянулась, выигрывая время на размышления. Важно было ответить искренне: она боялась узнать о судьбе брата, боялась быть раскрытой и разоблаченной, выставленной напоказ бок о бок со своей ложью.

– Бомбежки, – наконец произнесла она, выбрав другую правду.

Он понимающе кивнул, не меняясь в лице, сохраняя спокойную невозмутимость опытного военного.

– Да, это вполне реальный и обоснованный страх. Мне жаль, что мы живем в такое время, фрау Вернер.