Балетная школа

И вот сюда определили, – вкратце определила свою биографию девочка.

– И тебе нравится? – в голосе Дымова слышалось недоверие.

– Я же уже говорила – да, мне нравится. На уроках интересные вещи рассказывают. А сейчас мы будем спектакль ставить.

– Спектакль? Это что такое?

– Ты не был театре?

– Я в кино был. Ничего интересного. Картинки бегают и шумно очень.

– Смешной ты.

– И ты тоже.

Они улыбнулись друг другу.

Эмма честно пыталась дождаться подругу, но беседа и не думала заканчиваться.

Казалось – вот завершение темы, пора прощаться, а эти двое открывают другую линию. И вконец замерзшая девочка возмутилась:

– Пойду-ка я в тепло, буду читать нашу сказку, – заявила она. – А вы пока договаривайтесь о своем свидании.

– Это не свидание! – хором ответили ей.

– Даже если не свидание, все равно договаривайтесь. А я пойду.

И решительно преодолела остававшиеся несколько сотен шагов до дверей детского дома. Уже на пороге обернулась: Катька и Дымов продолжали разговаривать, словно не были запорошены ноябрьской метелью.

Ожидать окончания беседы Эмма была уже не в состоянии и плотно закрыла за собой дверь, с радостью ощутив, насколько теплее было в помещении – нетопленном, продуваемом, но все же непроницаемом для уличной непогоды.

А беседу Катьки и Дымова прервало появление Серафимы, возникшей неожиданно рядом с этой парочкой.

– Катя? Почему ты стоишь на морозе? – спросила учительница, узнавшая в запорошенной фигуре свою воспитанницу. Вид стоявшего рядом с ней Дымова обеспокоил Серафиму.

 – Все в порядке? – она строго посмотрела на беспризорника.

– Все хорошо, – тут же ответил он. – Я на минуту задержал Катерину Матвевну. Поговорить хотел.

– Поговорили? А теперь пора под крышу. Холодно ведь.

Серафима взяла Катьку за руку и тут же спросила, обратив строгий взгляд голубых глаз на беспризорника:

– Тебе есть куда идти? Замерзнешь ведь! Пойдем с нами.

Она протянула вторую руку Дымову, но тот отступил от них на шаг.

– В детдом? Нет, спасибочки. Мне есть где жить.

– Я вижу, – Серафима окинула взглядом его длинную фигуру, оценив от непокрытой головы и старого ватника до протертых разномастных сапог, перевязанных бечевкой. – А поесть тебе не нужно? У нас сейчас как раз обед будет.

– Нет, спасибочки, – снова повторил мальчик. – Мне пора. Пока.

Он кивнул Катьке, неловко от непривычности движения поклонился Серафиме и развернулся, чтобы уйти в снежную пургу.