Волки и шакалы

Большой белобрысый тополь только распустил над ними свои клейкие листочки, и солнце вовсю поливало землю сквозь голые ветви. Соскочив на землю, он снял шапку, поклонился по старому обычаю в пояс. Среди четверых выделялся самый старый, он опирался на кривую, отполированную от постоянного использования палку. Одет старик был в длиннополую расстегнутую шубу, на голове бараний треух, под шубой – свитер, на ногах шерстяные штаны, обрезанные старые валенки, поверх них блестящие резиной калоши, длинная седая борода ухожена, серые глаза на морщинистом лице смотрят внимательно.

Остальные были помоложе, но одеты по-разному: кто в старый тулуп, а на одном даже солдатская телогрейка, все в обрезанных валенках, шапках-ушанках, но все седые, с бородами.

– Здравствуйте, старики, кто из вас Широкий Мирон? – приветствовал приезжий.

Старики приветствовали его в ответ, а самый старший ответил неожиданно сильным голосом:

– Я Мирон, а ты кто таков?

– Я Кравцов Александр Павлович, а это моя жена Даша Белова, – обернулся Кравцов, показывая на сидевшую вполоборота на телеге женщину, – а приехали мы из Лагани, что на побережье Каспийского моря.

– А, Дашутка! Внучка! – обрадовался дед, поясняя окружающим. – Я видел ее в последний раз пятилетней сопливой девчонкой, а теперь вон какой красавицей выросла. А я от твоей мамы получил давеча весточку, что приедете по весне, и мы уже вас заждались.

Даша легко спрыгнула на землю, зардевшись, поздоровавшись, поклонилась в пояс.

Старик крикнул в глубину двора:

– Эй, Марья, Никола, поскорей открывайте ворота, встречайте гостей.

Сам же, кряхтя, держась за поясницу, встал, Александр было кинулся помочь, но был отстранен властной рукой. К воротам хозяйственного двора подошла крупная, лет пятидесяти женщина, одетая в телогрейку без рукавов поверх шерстяного платья, на голове белый платок, на ногах калоши, скинула верёвочную петлю с колышка, удерживающую створку сбитых из тонких жердей ворот, легко отодвинула ее внутрь двора.

Тут же подбежал молодой парень, черноволосый, сероглазый, с пушком на верхней губе, широкоплечий, в серой рубахе и черных штанах, заправленных в короткие кожаные сапожки, с любопытством уставился на приезжих.

– Чего рот раззявил?! – прикрикнул на парня дед. – Помоги телегу завести во двор.

Никита подхватил коня под уздцы, повел его во двор, за ним вошли Александр с дедом Матвеем.