Песчаный блюз

Над некоторыми поднимались столбы пара, между другими виднелись пологие холмы – конусы холмовейников.

– Вечереет, – повторила цыганка. – Доставщик, ты такой разговорчивый – страсть. Уже я просто-таки устала от твоей болтовни. Как тебя звать-то хоть, скажешь?

– Музыкантом кличут, – ответил я, вглядываясь в унылый пейзаж за лобовым стеклом.

– И куда ты едешь, Музыкант?

Я покосился на нее – Эви стояла в дверях, сложив руки на груди и выставив вперед ногу. В целом она была ничего так девчонкой, с большой грудью, большими глазами и длинными ногами, а что еще можно требовать от женщины? Ну разве что уступчивости, покладистости и чтоб поменьше болтала.

– Куда ты вообще едешь, Музыкант? – спросила она.

– К Мурому.

Цыганка подождала продолжения, не дождалась и сказала:

– И?..

– Что «и»?

– Эх… – Наслюнив палец, она потерла вымазанное сажей плечо. – Ну это я как бы намекаю, что ты бы мог еще что-то поведать о себе, поделиться с любопытной девушкой живописными подробностями своей героической карьеры… Не?

Держась за штурвал, я снова повернул к ней голову.

– Я – доставщик. Везу груз на восток. О чем еще говорить?

– Обычный, значит… Вот как-то не похож ты на обычного.

– Почему?

– Ну… – Она пожала плечами. – Морда такая… тонкая. И говоришь как-то умно для простого водилы. Слова складываешь правильно, про гремучую ртуть знаешь.

– Много ты видела в жизни доставщиков?

– Ой, много.

– Где ж ты их видела, в Улье своем?

– Если хочешь знать, у меня папаша доставщиком был.

Сзади рвануло.

– Ага! – Потирая руки, она побежала на корму, и вскоре оттуда донеслось: – Сюда, Музыкант, погляди, хорошо-то как!

Я только успел отпустить штурвал, как она снова появилась в дверях, схватила меня за локоть и потащила за собой.

Над оставшейся далеко позади рощей поднимался дым.

– Это мы их надолго остановили! – обрадовалась Эви, теребя меня за рукав.

– Точно остановили?

– А то! Там же щели, в махине этой, знаешь какие?

– Не знаю. А ты откуда знаешь?

– А нам рассказывали в Гильдии, как омеговские танкеры устроены. Горючка когда в бомбе взрывается, в баллонах там, так взвесь такая огненная пышет… И в танкер она попала наверняка. Омеговцы и погореть могли даже, хотя вряд ли, но обожгло их – точно.