Охотники на мутантов

Настька смотрела во все глаза – тонкий стебель с подсохшими листьями стал будто проводом, вернее, светодиодом, теперь по нему пробегали пятнышки бледно-зеленого света, и каждый раз соединенные артефакты чуть распухали и опадали – сборка будто дышала.

– Чудеса, – прошептала Настька. – Это как волшебство…

– Никакое не волшебство, – отрезал Лесник.

– А что же тогда?

– Законы природы, только пока неизвестные людям.

– Да какой же природы?! – возмутилась Настька. – Нигде больше на Земле такого нет, только в Зоне.

– Это законы той природы, которую люди создали здесь. Которые пока только на Зону распространяются. Всё, молчи, не мешай!

Он снова взял черную «Каплю», поднес к сборке – с негромким, словно бы довольным шипением «Капля» впилась острием в волчью лозу, и та набухла, как пиявка, насосавшаяся крови. Черная «Капля» исчезла, ком вздрогнул и вновь запульсировал.

Лесник протянул сборку Настьке, но девушка отодвинулась, помотав головой. Сборка была похожа на вынутое из чьей-то груди сердце, ей даже показалось, что она слышит ритмичный перестук – биение.

– Сунь за пазуху, – велел сталкер. – В ту сумку, которую я тебе тогда дал. Да не бойся, он тебя защитит.

Настька уставилась на то, что Лесник положил перед ней. Сборка вздувалась и опадала, и девушке было жутко даже смотреть на это, не то что взять в руки.

– Не тяни! – поторопил Лесник. Он осторожно поднял со стола «Мамины бусы» – их «жемчужины» матово поблескивали в проникающих сквозь окошко лучах солнца. День был в разгаре.

«Черное сердце» по-прежнему лежало на столе, Настька боялась к нему притронуться. Тогда сталкер поднял сборку и сунул ей под нос.

– Бери! Теперь можно голой рукой, без рукавицы. Защитит от пуль, от зверья, от радиации. Будешь почти неуязвима на некоторое время.

– А почему ты тогда и себе такую не сделаешь?

– Потому что на две у меня артефактов не хватит.

– Но оно ведь… живое? – Настька с ужасом приняла новый артефакт на вытянутые руки, стараясь держать его подальше от себя и все не решаясь сунуть в мягкую сумочку на груди.

– Вроде того, – Лесник пожал плечами. – Потому и работает.

Увидев, как девушка испуганно шагнула назад, чуть не бросив «Черное сердце» на пол, он добавил:

– Да не живое оно! Просто похоже.

– Очень похоже, – прошептала девушка, завороженно разглядывая артефакт на своих ладонях. – Дядя Василь, а ведь у тебя рак, наверное, от всех этих артефактов и аномалий начался… От их этого… аномального излучения.