Нашествие. Битва за Москву (сборник)

С другой стороны был двор, небольшие постройки и светло-бежевая трехэтажная стена за ними… Торговый центр, сообразил он. Вернее, торгово-развлекательный, кажется, он даже бывал здесь. «Аладдин», что ли? Или «Сим-Сим»?

Запах горючей смеси стал острее – пожар бушевал на улице прямо за торговым центром, хотя с этой стороны было пусто и тихо.

Двор с детской площадкой озарил свет фары – в него между домами въезжала тачанка. «Гиены» побежали к ней, когда один из сидящих в машине варханов окликнул их. Прищурившись, Кирилл разглядел силуэт, который выпрямился на задней части машины.

Пригибаясь, он перебежал двор. Слева была почти пустая стоянка – только большой междугородний автобус на ней, и всё. Туда Кирилл повернуть не рискнул, потому что в той стороне было гораздо светлее, гудящее на улице за торговым центром пламя озаряло расчерченный асфальтовый прямоугольник, иногда длинные тени перечерчивали его. Варханы ходили где-то за углом комплекса, хотя отсюда Кирилл не видел их, но был уверен, что это тени захватчиков, а не москвичей – очень уж неторопливо, уверенно, по-хозяйски они двигались.

Кир пересек двор и залез на выступающую далеко из стены здания одноэтажную пристройку. Глянул назад – в метре над крышей пристройки в стене торгового центра темнело приоткрытое окошко.

Снизу снова донеслись голоса, потом звук приближающихся шагов, а за ним – тихий шорох прямо под той стеной, где было окно с решеткой.

Проваливаясь локтями в изгибы шифера, Кир развернулся на спину, упершись в крышу рюкзаком. Подошвами ткнул в стекло, открыл окно шире, сунул внутрь ноги, потом залез целиком, цепляя ножнами за раму.

В темноте он едва разглядел узкую лестницу. Спрыгнув на ступени, закрыл окно, повернул шпингалет и на корточках поспешил вниз, но сразу остановился – где-то там раскрылась дверь, на лестнице зазвучали гортанные голоса.

Он стал подниматься. Миновав три пролета, вытащил из кармана фонарик, но не включил – замер, вслушиваясь.

В здании были люди. Нет, громкие звуки не раздавались, но Кирилл ощутил: здесь полно своих. Он не слышал, а скорее чувствовал их дыхание, тихие-тихие шорохи, испуганный шепот…

Несколько раз глубоко вдохнув и медленно выдохнув, Кирилл достал нож, сжал его в правой руке, а левой включил фонарик.

Луч озарил неширокую лестницу, бетонную площадку и дверь, ведущую, насколько он мог сообразить, на верхний, третий этаж здания.