Канадий. Приключенческая история с французским акцентом

Художники-оборванцы, уличные артисты и… ну сама посмотри!

Вика оглядела плотно стоящие друг к другу столики и сидящих за ними людей подозрительной внешности. Тут же вспомнила кафешку, в которой она с Германом пила коньяк.

– Уверяю тебя, такого народа в Париже полно! – выдала она.

– Бонжур! – обратился Денис к полноватому мужчине за стойкой, по виду из обслуживающего персонала. – Можно вас спросить, кто из достопочтенных господ, отдыхающих в вашем заведении, Мишель Лемар?

– Бонжур, месье! А вы кто будете?

– Я – Дени Гладков, частное лицо, интересуюсь живописью.

– Главное, что не полиция. Во Франции любят погонять и позапрещать. А дело – это очень хорошо. А то Лемар уже третий день пьёт в долг, – пожаловался гарсон и громко позвал: – Мишель!.. К тебе!

За одним столиком зашевелился седовласый неуклюжий мужчина в тонкой пёстрой толстовке. Он встал и, тяжело ступая на каждую ногу, направился к стойке. Денис показал на свободный столик. и все трое уселись за ним.

– Бонжур, месье Лемар! Что пьёте? – спросил Денис.

Лемар оглянулся, как будто забыл название вина и хотел подсмотреть.

– Пью красное, – ответил он. – Бонжур, мадам! Бонжур, месье!

Денис подозвал гарсона, заказал бутылку красного вина и мясную закуску.

Лемар оживился.

– Это вы сделали копию портрета Марты де Флориан с оригинала Больдини?

– Чего? – переспросил Лемар. – Не знаю никакого Больдини.

– Вы и не можете его знать, он умер в середине прошлого века.

Вика заёрзала, но не стала влезать в разговор.

Принесли вино, разлили.

– За здоровье! – Лемар первым поднял бокал.

Денис не спешил с допросом и дал художнику закусить. Потом продолжил расспрашивать копииста.

– Давайте с самого начала, месье Лемар, как ваше имя?

– Мишель.

– Итак, Мишель, вы делаете копии картин известных художников?

– Хм, как сказать, – Лемар размышлял, как ему ответить, чтобы не попасть впросак. – Вы сыщик, но не из полиции?

– Вас осведомил, надо думать, Меланшон?

Вика смекнула, что если бы, уходя от витрины Меланшона, она обернулась назад во второй раз, то увидела бы, что тот звонит по телефону.

Лемар покраснел, отодвинул тарелку.

– Я ничего не нарушал. Делать копии может каждый – не возбраняется. Я же за копию цену прошу копеечную.

– Ага, пятьсот евро, – не выдержала Вика.

– А знаете, сколько стоит оригинал портрета? – брякнул Мишель и прикусил язык.