Битва героев

Все повернули головы – переговорщик стоял на крыше фургона и кричал в медный рупор, чтобы те, кто успел переправиться, ехали на восток, в Кислую долину, где отряды вновь соединятся.

Когда переговорщик смолк, Рут взобрался на капот «тевтонца», скомандовал построиться в колонну и следовать за машиной. Башмачники сели на лошадей, заурчали двигатели мотоциклов.

Оглобля крикнул:

– Эй, братва!

Рут недовольно посмотрел на него, и Вику не понравился этот взгляд.

– Задержаться бы надо. – Оглобля показал на мертвого Эвана.

 – Похоронить мужика.

Над скошенными листами брони появились головы. Монахи, тихо перешептываясь, касались пальцами лба, целовали распятья. Некоторые из всадников оглянулись на жреца. Тот смотрел через Разлом, поджав губы.

– Едем! – наконец произнес он и перебрался в кузов. Толкнул водителя и исчез за броней.

Петр с Гестом переглянулись.

– Догоните! – донеслось из кабины.

Взревел двигатель. «Тевтонец» объехал цистерну и медленно покатил вдоль Разлома. За ним пристроились мотоциклы, следом всадники.

Вик пересчитал – шестнадцать конных.

– Ну и… некроз тебе в печень. – Оглобля бросил Петру кирку, поплевав на ладони, взялся за лопату. Шагнувший к нему Гест положил руку на черенок. Башмачник покосился на него и уступил.

Пока Петр и Владыка долбили каменистую землю под цистерной недалеко от лестницы, Стод, опустившись на колени рядом с телом Эвана, омыл тому лицо, уложил, как подобает покойному, которого готовят к погребению. Вик помогал по мере сил, отволакивал особо крупные каменюки в сторонку – пригодятся для надгробия.

Оглобля сидел недалеко на гранитном валуне, поставив винтовку между ног, и, щурясь, смотрел вслед удалявшемуся отряду.

Поднявшийся ветер рвал клубы дыма, взлетавшие из расселины, таскал по земле мелкий мусор. В воздухе кружился пепел.

* * *

Если бы не яркое полуденное солнце, разглядеть остатки древнего города было бы невозможно. Пасмурным днем туман в седловине между холмами сгущался, заволакивая склоны, и подолгу висел над долиной, накрыв ее непроницаемым пологом.

Разбросанные внизу здания расплывались серыми пятнами. Дорога, сбегавшая лентой по склону холма, исчезала в блеклой дымке, курившейся над городом. В центре которого посреди круглой площади высилось каменное изваяние.

– Там. – Ильмар приподнялся в седле, указав нагайкой на почерневшую от времени статую. – Там караван прихлопнем. Дорога через город одна. Хорошая дорога – булыжник тесаный.