Миниатюры

Только вот принесло оно и природе и человеку, какое-то иссушение. Природе иссушение в смысле воды, хотя дожди шли довольно исправно, а человеку иссушение всех мозгов и всех внутренностей.

В саду у нас всё иссохлось, потому что опять всё лето были проблемы с водопроводом, и мы таскали воду из чужого колодца, поскольку своего нет (спасибо соседям), а сами всё время пили воду и, причём, литрами. Так требовал организм.

А что творилось с мозгами, вообще непонятно. На работе, что на моей, что на работе жены, эта работа шла совершенно наперекосяк.

У нас все станки переломались, а вот сил чинить их не было, поскольку, как мы решили, просто это лето принесло иссушение наших мозгов. Ни одной светлой мысли, что у меня, что у моих коллег не было. Так простояло половина станков всё лето неисправным.

А у жены на работе программы ни у кого не писались. Все зашли в тупик с этими программами и продвижение не было никакого.

Но самое интересное заключалось не в этом, а в том, что как только лето кончилось и наступил сентябрь так иссушение в природе и в организмах людей пропало.

И в саду все расцвело, словно весна, а, следовательно, урожай хороший мы сняли, и иссушение мозгов и всего организма тоже прошло. У нас все станки заработали, раз иссушение мозгов прошло, и светлые мысли появились, а у жены на работе вдруг все программы стали писаться. Причём у всех и причём одновременно.

В общем, всё стало, как положено. Жалко только, что в сентябре, всё же осень.

Вот такое странное лето было и чем- то объяснить никто не знает.

7. А в армии кормёшка гораздо лучше…

Со мной в палате лежал молодой человек – студент МГУ. Что-то у него было с желудком. И каждый раз обед и ужин ему приносили из дома, чтобы он не дай бог ел эту больничную еду, которая, как сами понимаете, не ахти какая. Обед ему приносила бабушка, а ужин – мама или отец. Все мы удивлялись этому, считая это барством.

И вот как-то разговор зашёл про желудочные заболевания, и оказалось, что у студента что-то типа язвы.

– Я, – сказал он, – на эту больничную еду глядеть не могу, у меня от одного её вида желудок болеть начинает. Вот и приходится бабушке да маме приносить мне еду из дома. Но самое страшное для меня было понятие, что в армии плохо кормят, так все говорили, а у нас кафедра военная с летними сборами за городом.

Так вот что я скажу, дорогие собратья по палате, брехня всё это.