Марш экклезиастов

На голове чудом уцелевшей статуи святого Варфоломея сидел, прижавшись всем телом, вцепившись в мрамор крыльями, как руками, остекленевший от ужаса голубь…

Забыв о подготовке к празднованию, триумвират углубился в соображения и подсчёты – и пришёл к выводу, что, во-первых, число несчастий, валящихся на людей, возросло как-то уж слишком, во-вторых, все они так или иначе описаны в разных пророческих книгах – и в-третьих, очень странно, что и Брюс, и Николай Степанович, предпринимавшие время от времени «траление эфира», не отмечали ни малейшего нарастания угрозы – а напротив, какое-то общее смягчение, умиротворение и успокоенность.

В общем, Новый год получился скомканный.

Месяца три ушло на сбор информации. В конце марта Орден постановил: если тенденция не изменится, лет через десять-пятнадцать цивилизация прекратит своё существование, а та часть человечества, которая при этом уцелеет, вернётся в состояние дикости.

Попытки вычислить супостата успехом не увенчались. Тогда Брюс предложил провести несколько разнокалиберных мероприятий, которые по сути своей стали бы приманкой для врага. Казалось, что время терпит.

Первым из запланированных крупных действ стал Международный Конгресс тайных обществ, широко разрекламированный в прессе…

И вот Конгресс подошёл к завершению, а враг так и не объявился.

Надо было смотать эту удочку и идти готовить следующую. А там, глядишь, дело дойдёт до частого невода и динамита…

Но, как это часто водится у рыбаков, решили посидеть ещё немного – а вдруг клюнет?

Уже не говоря о делах, а только ведя нарочито беспечную застольную беседу, а именно: привычно ругая испанскую безнадёжную (ей уже ничто не поможет) кухню, – позавтракали; и тут в ресторане появился Шаддам.

Он появился рядом как всегда неслышно, к этому давно привыкли; что было необычно, так это его появление в том месте, где люди едят. Для Шаддама всё, так или иначе связанное с едой, было… ну, не то чтобы отвратительно… хотя чего уж там – именно отвратительно, просто он старался не показывать виду.