Принцессы в броне

После года одиночества возможность поговорить с кем-то, пусть даже со столь несуразным порождением богов, казалась куда привлекательнее сытной трапезы.

– Кстати, не пытайся убежать, всё равно догоню, – предупредила я, отпуская жертву.

Мой пленник, а теперь уже гость, отряхнулся, выпрямился, и теперь мы смогли рассмотреть друг друга. В свете полной луны я увидела, как его щёки покраснели. Его сердце застучало чаще. Создание отвернулось, словно боялось бросить случайный взгляд в мою сторону.

– Почему не смотришь на меня, настолько некрасива? – насупилась я.

Признаться, моя нелюбовь к себе не ограничивались цветом и числом лапок. Огорчение доставлял и размер груди.

– Вовсе нет, – поспешил заверить незнакомец. – Просто… Ты не носишь одежду.

– Одежда? Что это?

Мой новый знакомый показал мне свою оболочку. Как паутина, но очень плотная, и совсем не липкая, она струилась вокруг тела, укрывая его сверху до низу. Мне стало страшно интересно, кто и как сплёл такую паутину, но тут я вспомнила о вежливости.

– Ах, да, я – Арсигона, седьмая дочь седьмой дочери Арсигоны Семилапой, Великой воительницы пятой эпохи, – представилась я. – А ты что… Кто такое?

– А я Каис, просто человек, но, может быть, в будущем – прославленный герой, – усмехнулся мой собеседник.

– Человек, настоящий?! – охнула я.

Неспроста вид этого создания показался мне знакомым.

Кроме матушки, сестёр и братьев жила с нами бабка – древняя, умудрённая опытом ведунья. Гнездилась она в норе под землей, да так глубоко, что почти перестала полагаться на глаза, всё больше доверяла слуху и чутью.

Помню, как в детстве матушка вручила мне связку светляков и отправила проведать бабулю. Жучиный свет с трудом разгонял подземный мрак, и я всё-таки угодила в паутину. Тогда-то бабушка и сцапала меня. Она показалась мне огромной. С длинными седыми волосами, белоснежной шерстью на брюшке и лапах, с шестью красными глазами и парой длинных жвал – бабуля сперва напугала меня.

– Не бойся, не съем, я же твоя бабушка, – рассмеялась она, вынимая ревущую внучку из сетей.

На стенах её просторной норы я увидела те рисунки.

– Бабушка, зачем ты нарисовала неправильных арахний? – удивилась я. – У них не хватает лапок, и всего по два глаза.

– Это не арахнии, внучка, а люди, – объяснила она. – И их нарисовала не я. Они сами себя нарисовали, давным-давно, ещё до того, как мы сюда пришли…

Так я узнала правду о каменном городе.