Пуля нашла героя

«Там, где больше шума, – там больше и женщин», – разумно заключил он.

Одевшись в летний бело-голубой полосатый костюм и водрузив на голову кепку, Юрец пощупал деньги, лежавшие во внутреннем кармане пиджака, и, глубоко вздохнув, вышел из своего номера.

В ресторане «Волна» в папиросном дыму плавали официантки в коротких, открывающих коленки, оранжевых юбочках. Разносили вино, водку, цветасто украшенные «резными» овощами блюда. Играл оркестр, и музыка то и дело срывалась на фальшивой ноте и опадала, словно музыкант, ошибившись, переставал с испуга играть на секунду, но потом снова дотрагивался смычком до скрипки или пальцами до клавиш снежно-белого рояля.

– Здравствуйте, – возникла перед Юрцом из дымного тумана толстенькая маленькая женщина с завивкой. – Вам столик на одного или, может, подсадить? – услужливо спросила она и воровато подмигнула.

– На одного, – выпалил Юрец, застигнутый врасплох.

Женщина музыкально развернулась и, махнув ручкой, призвала клиента следовать за ней.

– Нравится? – спросила женщина.

Юрец кивнул.

– Присаживайтесь, а я сейчас официанточку пришлю!

Не успел Юрец как следует развалиться на удобном стуле, отодвинувшись на полметра от стола и закинув ногу на ногу, как возле него остановилась миленькая рыжеволосая официантка.

– Меню, – чирикнула она, подавая Юрцу толстую красную папку.

Он смотрел на странные, ничего ему не говорящие названия пищи, а она терпеливо стояла рядом, зажав в правой ручке карандаш, а во второй блокнот.

– Это мясо? – спросил Юрец, тыкая на какое-то мудреное слово, в котором, однако, чувствовалось что-то мясное.

– Да, – наклонившись, сказала официантка. – Мясо молодого оленя, вымоченное в молоке.

Юрец удивленно покачал головой.

– Будете?

– Да. Одну порцию, – добавил Юрец на всякий случай.

– А вот, пожалуйста, – она услужливо перевернула страницу и показала на бесконечный список алкогольных напитков.

Снова растерявшись, Юрец оторвал взгляд от всех этих «совиньонов», посмотрел на официантку просяще и сказал:

– Водки триста грамм?

– Пожалуйста, – улыбнулась девушка. – Какой? «Кубанской», «Лимонной», «Перцовки», «Русской»…

– «Русской», – перебил невыносимое перечисление Юрец.