Сияние Каменного Сердца. Путь к Небесам

Отодвинув ее и переступив деревянный порог, мы оказались на кухне. У широкого окна стоял небольшой, кухонный столик, а правее – рабочая зона с далеко не современной плитой. Две длинные половицы красного цвета с зелеными полосками по бокам раскинуты по всей кухне. Еще немного осмотревшись, я увидел зеркало.

И свое отражение…

Ну, сойдет, если не брать во внимание грязную одежду и пыль на лице. Короткая стрижка черных волосы – только челка стоит торчком. Карие глаза, широкий лоб. Разглядывая себя, выглядел, как самовлюбленный дебил, и даже не заметил, как к нам вышел мужчина.

Небольшого роста, худощавый, с сединой на висках и уже лысеющий. На вид ему было около пятидесяти.

На удивление, Игорь Николаевич оказался хорошим, справедливым и в меру добрым. Ну, именно такое впечатление у меня и сложилось об отце Ники после нашего с ним знакомства.

– Я ничего не помню, даже имени не знаю. Поверьте, я не сделаю вашей дочери плохо. Мне нужен приют, хоть временный, – сидя за столом с отцом Ники, рассказывал я.

– Ничего, парень. Прорвешься. Не можем мы тебя бросить вот так, на произвол судьбы. Не по-людски это.

Как камень с плеч.

– Спасибо вам огромное. Я постараюсь быть полезным, вот увидите, – улыбнулся я.

– Ты, я смотрю, парень хороший. Но просто так доверить ее тебе не могу. Поработай, покажи, как умеешь зарабатывать хлеб, тогда и посмотрим. Я бы тебе этого и не предложил, но вижу, что смотрит она на тебя по-особенному. Знаком мне этот взгляд… жена на меня так смотрела.

Закончив скромное застолье, я отправился в свою комнату, которую выделил мне Игорь Николаевич. Небольшая, конечно, но я и такой рад. Старый диван, прикроватная тумбочка, торшер, розетка и окно, выходящее во двор дома.

Уснул практически сразу. Только сновидение оказалось тревожным – темнота кругом, страх и безысходность. Картины были расплывчатые, пока я не увидел силуэт, состоящий из чистого света.

А затем я уловил… голос? Тоскливый, молящий. Но я словно чувствовал – звали меня.

– Андрей… – тихий девичий зов удалялся и таял в потемках сознания, но все же я ее услышал.

Имя отдавалось эхом и звучало… родным?

В душе зародилась надежда, что начинаю что-то вспоминать, но из сна меня вырвал стук в дверь. Я мгновенно подорвался на диване и увидел отца Ники, который прошел в комнату.