Земля лишних. Трилогия

 – Мы не хотели приходить с пустыми руками. Ждала попутного русского конвоя, должна была ехать за товаром. Но ваш конвой попутчиков не брал, я ждала следующего. А когда узнала о нападении на конвой и что это нападение было организовано из Нью-Рино, – решила поехать с вашими офицерами. Мы наверняка окажемся полезны.

Вступил в разговор Гонтарь:

– Надеюсь, вы понимаете, лейтенант, что решить такой вопрос, как присоединение вашего народа к нашей территории, – вне наших полномочий. Мы можем лишь установить контакт и доложить вышестоящему начальству.

– Я понимаю, – кивнула Мария Пилар. – Я уполномочена лишь организовать первую встречу.

– Ну это уж в наших силах, – кивнул Гонтарь. – Хорошо, после обеда я проведу вас к командиру, начальнику Разведуправления. Вы поговорите с ним, я поддержу вашу позицию.

Николай Барабанов добавил:

– Капитан Ярцев сможет присоединиться к вам позже. Пока он будет нужен мне.

Обед закончился в обычной болтовне. Мария Пилар на вид вовсе не тяготилась возложенной на нее ответственной миссией, была мила со всеми, улыбчива и так обаятельна, что уже минут через десять пожилой Палыч был почти готов идти отбивать для нее Дикие острова собственноручно.

Когда наша гостья и Гонтарь ушли, а Владимирский отбыл решать текущие задачи, мы тоже вышли из столовой и решили пройтись по расположению. Николай заговорил со мной:

– С кубинцами сюрприз получился, конечно. Но очень полезный сюрприз: они ведь даже сами не знают, что они предложили.

– Это интригует, – усмехнулся я. – Я чуть не сдох от желания узнать, что такое мы тащим.

– Кое-что красавица твоя изложила верно. Цепочка Диких островов окаймляет фактические границы нефтяного поля. Сразу за ними дно резко уходит в глубину, добыча там невозможна при нынешних условиях жизни в этом мире. Поле уходит в дельту Амазонки – и по ее долине как раз до западной границы нашей территории.

– В общем, все как «за ленточкой», нефть у нас и у арабов? – уточнил я.

– Да, так получилось, – кивнул Николай. – Такое положение вещей не радует никого, особенно американцев.