Эпоха мертвых. Прорыв

 – Они вообще вместе два дня курили, потом Хромая чего-то разозлилась и второй день Мелкую воспитывает. У них это бывает.

– А что Мелкая, не возражает?

– Поди возрази. Видите, висят? – Он показал на тела на дереве.

– Трудно не увидеть.

– Тоже возражали, – улыбнулся он, обнажив кривоватые желтые зубы. – Мы их остановили, перераспределили материальные блага в свою пользу, а они возражать стали. Второй день висят.

Упоминание об этом явно доставило Чике удовольствие. Правильно я его, урода, просчитал. Затем он добавил:

– А если надо, то она и Мелкую рядом подвесит или что-то еще придумает.

У нее фантазия лучше моей, надо отметить, что редко бывает. Но думаю, что обойдется. Просто подождем.

Интересно, это у всех маньяков такая же морда должна быть? Ну вылитый маньяк ростовский, как на фотографиях. Такой… ущемленный жизнью маленький, невзрачный обыватель. Шнырь в запотелых очках.

Я посмотрел, как дела у Кэмела. Он стоял, по-прежнему сжимая подрывную машинку, но компания просто не обращала на него внимания.

Они уже спорили, собравшись в кучку прямо в зоне поражения, и лишь здоровый с пулеметом о чем-то рассказывал Ваське, активно жестикулируя.

– Простите за любопытство, а вы кто вообще? – спросил я у Чики.

– Преимущественно сатанисты. – Он даже поклонился при этих словах. – Но не все. Разные люди, по-разному собрались, из разных краев даже. У нас здесь нечто вроде… гм… слета было, когда все началось. Фестиваль, если угодно. Так и остались вместе. Нашлись люди, что подсказали полезные вещи.

Удалось получить оружие, сумели защитить себя. А вы кем будете, простите за любопытство?

– Партизаны.

– Романтики? – поднял над очками бровки Чика. – Че Гевара и все такое? Hasta la victoria siempre?

Ты гля, какой просвещенный. Точно, за замполита здесь. Грузит бедных наркотов-сатанистов идеями, а под шумок свои проблемки сексуального порядка решает, маньячит помаленьку.

Звуки побоев стихли, снова появилась Хромая. Кстати, почему все же Хромая? Ходит нормально вроде как, даже бедрами покачивает.

Подошла к нам, почесала шрам на плоском голом животе, спросила:

– Чего тут стоите?

Судя по взгляду, она точно забыла, кто я такой и зачем здесь.

– Алечка, надо как-то решить с молодыми людьми, – Чика показал на меня.

– Решить. Ага, решить, – энергично закивала она и вдруг спросила у меня: – Шмали хочешь?

– Нет, не хочу, – помотал я головой.

– Классная! – даже удивилась отказу Хромая, но совсем не обиделась.