Ветер над островами

Негры… Еще она сказала, что у некоторых ружья были. А трупы как – топорами рубили на дороге или мечами? Дикари? Наверное, дикари, кто же еще.

– А чем отец торговал? – спросил я.

– За сок от черна ягода ходил обоз, – ответила она, сделав все еще непонятней.

– А зачем он нужен? – спросил я, надеясь, что не сморозил полную глупость, и явно ошибся в ожиданиях: сморозил.

Вера посмотрела на меня с подозрением, затем вздохнула, вспомнив, наверное, что у меня «мозги помялись», и ответила:

– Краска для ткань с чего делается? И красная, и синяя.

Большая торговля с этот сок, отец на три остров торговал и даже в Кузнецк возил.

Опа, знакомое что-то… Хоть и не Новокузнецк, но все же…

– А где Кузнецк есть? – спросил я, уже совсем на девчонкин манер построив фразу, сам того не заметив.

– На Большой остров, – пожала она плечами. – Где Железна Копь и Домна. Не ведаешь?

– Нет, не ведаю, – ответил я.

– Откуда вы тогда железо берете? – спросила она совсем удивленно.

– У нас там свой Кузнецк есть, только Новый, – ответил я.

Она лишь кивнула, удовлетворившись ответом. Затем вдруг сказала:

– Гиены ушли.

Я прислушался – верно, тихо снаружи, разве что птицы орут. Здорово орут, кстати, я такой гвалт только в Таиланде слышал. И не только птицы, похоже, но и обезьяны где-то скандалят.

– Ты – главная у нас, – польстил я ей. – Говори, что делать надо.

Она ролью «главной» не смутилась, сказала:

– Надо отец похоронить за обычай. Чтобы зверь не откопал.

Думай, как сделать, в лес копать глубоко трудно, камень там.

– Ты эту пещеру как нашла? – спросил я ее.

– Это тайная пещера, – ответила Вера. – Ее отец знал. Здесь иногда товар прятали, а когда негры напали, он меня сюда тащил. Но он ранен был, здесь умер. Я больше день с ним сижу, боюсь выходить.

Говорила она об этом все тем же глухим голосом, за которым, если прислушаться, слышна была страшная боль.

– А почему не погнались за вами?

– Зачем им? – пожала она плечами. – Они людей убили, а товар взяли.

Теперь другому купцу продадут. Сок от черна ягода – хороший товар, если бы негры знали, сколько за него на острова дают, год бы плакали за то, что такие глупые. А за отец гнаться опасно, он стрелял. И они на нас стреляли, отец ранили.

– Понятно, – кивнул я. – Выгляну наружу.

Вера лишь кивнула, а я, держа «винчестер» на изготовку, пошел к выходу, стараясь ступать как можно тише. Но все предосторожности были излишни – гиены ушли.