Рейтар

Он сделал паузу, явно ожидая, что кто-то из нас начнет интересоваться тем, кого убивать едем. Но я спрашивать не стал – если секрет, то все равно не скажут, если кто важный – так и так потом узнаем, а если не секрет, то скажут и без вопросов, это может быть важным.

– Как закончим – выходим через главный вход, фургон там будет. На нем и уйдем. Если получится с ножей начать – совсем хорошо будет, чем меньше шума, тем лучше. А вот под конец пошумим, нам внимание привлечь надо. Вопросы у кого?

Все промолчали.

– Морды шемахами замотать не забудьте, – закончил свою речь Злой.

9

В саду, в который мы попали через стену, перебравшись с фургона, нашелся сторож. Похоже, что он задремал и проснулся лишь тогда, когда несколько человек с укрытыми лицами спрыгнули со стены на мягкую траву. Охранник опешил, потянул с плеча карабин, но сделать уже ничего не успел. Убил его я, метнув кинжал и угодив в глаз. Он даже не дернулся, свалившись мешком в кусты роз, лишь ветви затрещали.

– Хорошо, – одобрил Злой.

 – Второй охранник в доме быть должен, где-то на первом этаже.

Я выдернул нож, который пошел с сопротивлением, голова убитого даже поднялась с земли, затем вытер лезвие, воткнув пару раз в землю.

Огляделись – больше никого не было.

Особняк стоял в дальнем от нас краю сада – широкий, темный, богатый. В двух окнах второго этажа горел тускловатый свет, еще пара окон светилась и на первом.

– Там справа, где огонек, на кухню задняя дверь, – прошептал Злой.

 – Туда пошли. Как войдем, так Арвин, Тесак – сразу налево, там лестница. Бегом на второй и всех подряд, кроме мальчишки. Можно уже шуметь. Ниган, Голодный – всех, кто на первом.

Прижимаясь к стене и стараясь оставаться в ее тени, гуськом подобрались к дому. Никто нас не видел, никто не поднимал тревоги. Похоже, что жили здесь беспечно, беды не ожидая. Марка Ирбе вообще спокойным местом слыла, а уж ее столица так и подавно. Был в саду сторож – за глаза хватит. Но не хватило вот.

Голодный позвенел чем-то негромко под дверью, затем щелкнул отомкнутый замок, дверь отворилась, даже не скрипнув хорошо смазанными петлями.

За ней был тесный тамбур и снова дверь, уже вторая. Тускло сверкнуло в свете луны лезвие ножа, который вытащил Голодный.

Вторая дверь открылась тоже бесшумно, за ней оказался темноватый коридор, в котором заметно пахло кухней. Справа, в конце коридора, была открыта дверь, из которой на каменный пол падал прямоугольник света.