У Великой реки. Битва

А в довершение картины рванул броневик, выбросив из жерла открытой башни и из люков снопы огня и черного дыма, вновь заставив залечь поднявшихся было с земли бойцов противника.

– Ну все, кажется, сбежали, – объявил я экипажу.

Так оно и было, даже фальшфейеры зажигать и ракеты пускать не понадобилось. Не обратил на нас «громовержец» никакого внимания, а покрутился над городом, пострелял еще немилосердно – и улетел за горизонт, уйдя на запасной аэродром, что в Городищах. По поступавшим данным, там власть была по-прежнему княжеская, не то что в Пограничном.

– Не погонятся? – спросила сидевшая рядом Маша.

– Не думаю, – помотал я головой. – Катеров у пристани не было, остальные баржи не быстрей этой. Гнаться придется долго и упорно. Да и кто мы для них? Им еще целый форт штурмовать. Причем, судя по всему, без минометов.

– Хорошо бы, – вздохнула колдунья и откинулась назад, даже не заметив, что оперлась на бедро ехидно ухмыльнувшейся Лари.

Но, против обыкновения, демонесса пугать Машу не стала. Похоже, она тоже расслабилась, хоть вроде веселилась во время заварухи.

Тяжело топая по палубе, к нам подошел Балин, уселся рядом, сопя. Расстегнул ворот кожаной куртки, поскреб в бороде. Затем спросил:

– Сколько идти-то нам?

– Если не останавливаться, то считай что двое суток, – ответил я, прикинув расстояние. – Улар – река вихлястая, пропетляем долго. С топливом как?

– С топливом без проблем. Из четырех танков три полных.

– Отмажемся, – отмахнулся я, надеясь на военное положение и свое сыскное поручение.

– Уверен? – спросила уже Маша.

– Уверен. Имеем право временной реквизиции средств транспорта, если того потребует служба по защите государственных интересов княжества, – вспомнил я фразу из Устава охотничьего сообщества.

Такая же и у урядников есть, и у жандармов, и у городовых, точно знаю.

– А ты табличку смотрел, откуда баржа? – спросил я Балина.

– Не-а, – мотнул тот головой.

– Ладно, я сам посмотрю.

Это ведь тоже вопрос, насчет таблички этой самой. Нападавшие прибыли в город как купцы – и дорогой, и рекой. И если эта баржа… Ладно, чего впустую рассусоливать? Я встал и пошел на нос, в крепкую, обшитую испятнанной пулями сталью рубку с окнами-бойницами.