Сыграй на цитре

– Наверняка твои разведчики сообщили тебе, Царица Цикада, что, пока мы беседуем, по водному пути плывет флот империи из двухсот джонок.

Цикада отхлебывает из своего кувшина.

– И?

– Мы не просим твоей присяги на верность.

– Хорошо, потому что я не даю ее.

Ее советники гневно протестуют.

– Тишина. – Цикада с грохотом ставит свой кувшин. – Почему я должна подчиняться, пока Синь Жэнь разгуливает на свободе? Ответь на мой вопрос, Зефир-Предатель. – Ее черные глаза прожигают меня. – Не думай, что я забыла, кому ты служила до Миазмы.

– Жэнь мало чем интересна, – говорю я. – Все, что у нее есть, – это ее фамилия и благородство.

– Синь. Имя и династия, которые скоро войдут в историю. – Советники в замешательстве. – Что касается благородства… – Цикада качает головой, а ее длинные волосы колышутся. – Что значит благородство для леди без земли? Спасаться бегством из империи с оравой простолюдинов? Противостоять имперской кавалерии с фермерами и крепостными?

– Благородство – это защита того, чьей потери ты не переживешь, – говорю я, встречаясь взглядом с Цикадой.

Ты была для меня этой семьей, Ку. Она все еще поедает свою сахарную палочку, когда я поглядываю на нее. Я поворачиваюсь спиной к ней и Цикаде и иду по дорожке одна.

– Благородство Жэнь не для всех. И определенно не для меня. Империя простила мои прошлые прегрешения и сохранила мне жизнь. Преклони колено пред Синь Бао сейчас, и она пощадит и тебя тоже.

Каждый советник Юга принимает мою эстафету, озвучивая свои соображения по поводу причин, по которым Юг должен передать право суверенитета.

– Северяне беспощадны!

– Если до этого дойдет, они разожгут губительную войну на Юге.

– Подумайте обо всех сельскохозяйственных землях, которые будут уничтожены!

– Сельскохозяйственные земли? – выкрикивает советник в синем. Он качает головой и выходит из рядов, низко кланяясь Цикаде. – На карту поставлено больше, чем сельскохозяйственные земли, дитя. Северу не жалко своих солдат в авангарде, но Юг – другой.

Цикада ничего не говорит. Я дохожу до конца дорожки и, обернувшись, вижу, как она поднимается со своего места. Она спускается по ступенькам помоста, легкая и гибкая, словно лань.

Советник в синем следует за ней по пятам.